Книга Лавка редкостей, или счастье со сковородкой, страница 10 – Ксения Никонова, Наталья Фирст

— Вы уже сделали? Сколько я должна заплатить?

— Медяк за все три дадите, будет справедливо. Ну-ка, моя дорогая, повернитесь. Одно удовольствие на такую красавицу шить.

Бабетта оглядела меня со всех сторон, оправила юбку, поддернула рукава.

— Ладно село. И править ничего не надо. Давайте второе примерим.

* * *

Я осмотрела себя в зеркале, и тоже осталась довольна. Как говорили в моем прежнем мире - скромно, но со вкусом. В таком платье не стыдно хоть на рынок идти, а хоть в лавке работать.

— Послушайте, тетушка Бабетта, у меня к вам еще просьба. Мне нужно одеть Виолу. Ей совсем нечего носить.

— Виола? Та девочка, что приходила. Славная, - улыбнулась хозяйка. - Присылайте ее, что-нибудь подберем. Есть у меня в закромах пара платьев на ее возраст. А вообще, вам невероятно с ней повезло, Наташа. Удивительно смышленая девчушка. Не поверите, вчера, как вошла, так прямо прикипела глазами к моим выкройкам. Робеет, а про ткани спрашивает. Подучить ее, первоклассная швея получится, попомните мое слово.

Мне отчего-то стало радостно, будто похвалили не Виолу, а меня. Поговорю с ней. Если девочке нравится портняжное мастерство, я буду только рада. Профессия ей пригодится.

— Я ей обязательно предложу учиться на швею, спасибо за подсказку. У Виолы никого нет, так что любые умения лишними не будут.

— Если решитесь, приводите ее ко мне! Не обижу. Сама учить буду, все секреты расскажу. Всю жизнь о дочке мечтала, чтобы дело передать, да не дали боги. Одни мальчишки.

— Договорились! – пожали мы руки.

Портниха принялась аккуратно складывать и упаковывать мои платья, а я тем временем рассматривала получившиеся шопперы. Чисто символическая плата в размере медной монетки перекочевала в карман передника соседки, а я про себя придумывала подходящее заклинание, чтобы превратить простую сумку в бездонное хранилище.

— Тетушка Бабетта, – я сразу решила ковать железо. – А если я закажу вам целую партию таких вот сумок? Возьмете заказ?

— Отчего же не взять.

— Только ткани на них у меня нет.

— Не беда, милая. Ткань найду, чай не заморские шелка.

— Сколько по цене выйдет? – уточнила я.

— Если с тканью, по пять медяков за штуку. Но если взять материи целый рулон, то его штук на двадцать хватит, а цена ему семь-восемь серебряных. Вот и считай. А зачем вам столько сумок, никак не возьму в толк?

— Если все получится, как я задумала, то буду из них бездонные хранилища делать на продажу. Представляете, какое подспорье хозяйкам. Главное, удобно. Повесил на плечо и руки свободны. Как думаете, оценят женщины?

— И не только они. Все, у кого работа связана с переноской товаров, радехоньки будут. Хоть моего Леопольда взять, все с тележкой своей возится. А тут половину в такую суму уложить можно будет. Только не по карману нам такая сумка.

— Вам я так подарю, – пообещала я. – Одну из этих трех, только бы получилось.

С такими радужными мечтами я двинулась домой. Платья не решилась упихивать в сумки, чтобы не помять, поэтому руки были заняты поклажей.

* * *

Всю дорогу Хрусь грозно наматывал круги вокруг моей скромной персоны, постреливая во все стороны алыми молниями. Не знаю, как это смотрелось со стороны, но меня постоянно пробивало на хи-хи. Мне с трудом удавалось держать серьезное лицо, чтобы ненароком не обидеть старательного телохранителя. По этой же причине и домой мы шли не спеша.