Книга Лавка редкостей, или счастье со сковородкой, страница 116 – Ксения Никонова, Наталья Фирст

Я поставила футляр туда же, где совсем недавно стоял домик с мышонком. Открыла крышку и удивилась еще сильнее. Внитри ровными рядками выстроили округлые металлические коробочки, изукрашенные эмалью, самоцветами и серебристым кружевом скани.

Каждая из них сама по себе уже была произведением искусства. Память услужливо подсказала название «Бонбоньерки». И я уже догадывалась, что будет внутри. Ну точно, под первой же крышечкой скрывались леденцы. В воздухе повеяло мятой.

— Спасибо. Это так мило.

Подарок меня очаровал. Я слишком хорошо помнила этикет. Знала, что может дарить посторонний мужчина незамужней девице, а что нет. Граф ни одно из правил не нарушил. Его дар был идеален со всех сторон.

Мужчина вновь улыбнулся.

— И еще раз спасибо вам от моего друга.

— Пойдемте к столу, – предложила я. – Там собрались мои друзья.

Граф помахал перед собой ладонью.

— Нет-нет, Наташа. – Потом чуть склонился и прошептал: – Мне совсем не хочется заиметь врага в лице маркиза дель Гранже. Лучше передавайте ему приветствие от меня.

Мою руку весьма деликатно поцеловали, граф ушел.

Я провела пальцами по резной крышке и вдруг подумала, что ни один из дней рождения дома, в прежнем мире, не дарил мне столько радости.

Ближе к вечеру приехал Джастин. И не один. Я с трудом скрыла изумление, когда увидела даму, для которой он придержал дверь. Нянюшка Алекса! Но почему она с Джастином?

— Мадам Буше, – приветливо улыбнулась я, глазами спрашивая барона, что стряслось?

— Мадемуазель Наташа, – улыбнулась она в ответ, и веселые лучики-морщинки разбежались от ее глаз. – С нашей последней встречи вы похорошели еще сильнее. Хотя, казалось бы, куда еще?

Старушка отодвинулась от меня, придерживая руками за плечи, внимательно оглядела.

— Красавица. Рядом с вами и мой мальчик преобразился. Таким цветущим и счастливым я его никогда не видела. Дайте же, деточка, я обниму вас.

Мадам Буше прижалась губами к моей щеке и бережно обхватила за плечи.

— Какая же вы все-таки славная. Будьте счастливы, берегите свое здоровье. Это вам.

Нянюшка протянула мне простой холщовый мешочек. Внутри прощупывалось нечто небольшое, округлое. Я развязала тесьму, которой была перетянута горловина, и на ладонь мне выпал маленький серебряный медальон.

— Откройте, Наташа, – посоветовала старушка.

Я подцепила кончиком ногтя крохотную выемку на крышке и заглянула внутрь.

Обе половинки медальона были отделаны фарфором, на котором неведомый художник тонкой кистью нанес два портрета – кудрявого мальчика лет пяти и взрослого Алекса, такого, каким он был сейчас.

— Кто это? – решила я уточнить, указав на ребенка, хотя уже и сама догадалась.

— Первый портрет Александра. Правда, он был славным мальчуганом? – любовно погладив пальцем изображение, улыбнулась мадам Буше. – В доме есть большая картина, а эту миниатюру я специально заказала художнику для себя. Теперь она ваша.

Нянюшка уложила медальон в центр моей ладони, загнула пальцы, сверху накрыла своей рукой. Мне стало неловко.

— Не могу взять. Это - слишком ценная вещь, – попыталась я вернуть подарок.

— Берите. Не обижайте старуху, – она сжала мои пальцы еще сильнее. – Мне достает каждый день любоваться большим портретом. Пусть и у вас всегда будет при себе напоминание о нашем милом Алексе, дорогая.