Книга Ты мое наказание, страница 45 – Полина Зорина

Я уложила его в кроватку в гостиной. Отец сделал телевизор чуть тише, а мать приглушила свет.

Вернувшись в свою комнату, я увидела странную картину.

Олеся рылась в моих вещах, оставленных мной на кровати.

Увидев меня, она нисколько не смутилась.

— Опять будешь утверждать, что на распродаже купила? — усмехнулась она.

— Эти вещи мне купил мой начальник. Они нужны для командировки.

— Теперь это так называется? Командировка.

— Не понимаю о чем ты.

— Ты едешь с ним трахаться! И судя по набору вещей, куда-то в горы.

— Тебе не стыдно перед бабушкой?

— Да она ничего все равно не понимает, — Олеся зыркнула на бабушку, которая сидела на кровати, раскачиваясь взад-вперед. — Главное, чтоб тебе не было стыдно ноги раздвигать. Но я тебя могу понять. За такие шмотки грех не дать. Владика только жалко.

— А он-то тут при чем?

— Не строй из себя идиотку. Он по тебе сохнет с начала своего полового созревания. Но да, что с него взять? На крутых тачках не покатает, в ресторан не сводит. Максимум, в мак. А тебе, как я погляжу, другое нравится.

— Он мой друг.

— Который дрочит на тебя по ночам.

— Ты-то откуда знаешь?

— Поверь, я много чего знаю. Если ты возомнила, что у тебя золотая писечка, я тебя разочарую, твой богатенький начальник вычеркнет тебя из своей жизни, как только ты ему надоешь.

— Перестань нести чушь, — я выхватила у нее из рук комбинезон, сгребла вещи и запихнула пакет в шкаф.

— И эти ваши обжимания у подъезда ничего не значат.

Я уже начала догадываться, откуда ветер дует.

— Да-да, ты права. Соседка мне все рассказала. Очень удивилась, что у тебя ухажер намного старше тебя и явно при баблишке.

— Больше верь соседкам.

— Я-то, может, и не буду верить. Но что скажут родители, когда до них дойдет эта информация. Думаешь, они благославят тебя на трах?

— Ты не посмеешь!

— Поживем, увидим, — она улеглась в кровать и блаженно улыбнулась. — Свет выключи. Спать хочется.

В универ я шла в паршивом настроении. Мама демонстративно не хотела общаться со мной с утра. Стоило мне войти на кухню, чтобы перехватить бутерброд на завтрак, как мама демонстративно поднялась из-за стола, за которым она перебирала гречку, и вышла. Неужели ей находиться со мной в одном помещении противно?

И все почему?

Потому что она думает, что я еду развлекаться на новогодние каникулы.

Сегодня у нас был экзамен.

Я вчера даже толком подготовиться не смогла. После сцен с родителями и Олесей у меня так и не получилось сконцентрироваться на тексте. Поэтому я просто положила конспект под подушку. Конечно, полная чушь, что так информация проникнет в мозг, пока спишь. Но лучше что-то делать, чем не делать ничего. Надо было еще помахать в окно зачеткой с криком: Халява, приди!

Международное публичное право мне не нравилось от слова совсем. Я искренне не понимала, зачем учить то, что в работе мне никогда не пригодится. Но учила, боясь слететь со стипендии.

С билетом мне не повезло. Один вопрос я знала, второй знала приблизительно. Надеялась на то, что преподаватель меня остановит после первого, посчитав, что я знаю материал.

Но чуда не произошло. Валерий Викторович с одобрением слушал, как я отвечаю на первый вопрос. И когда я начала отвечать на второй и запнулась, он внимательно посмотрел на меня и попросил продолжать.