Книга Ты мое наказание, страница 72 – Полина Зорина

Я не сразу поняла, что он только что сказал. Когда дошло — в груди что-то сжалось.

— Вы сейчас… серьезно? — прошептала я. — Зачем вы так со мной?

— Как? Тебе разве не льстит, что время, проведенное с тобой, я оцениваю так дорого? Дороже чем услуги элитных эскортниц.

Пульс забился где-то в горле.

— Я от вас такого не ожидала, — проглотила горький ком в горле.

— Так тебе нужна помощь, или ты уже уходишь?

Стиснув челюсти, выдавила:

— Нужна.

— Тогда рассказывай.

Он слушал внимательно. Вопросы задавал четко. Работал, как всегда — профессионально и жестко.

Когда выяснил все, что нужно, проговорил:

— Несмотря на твои выкрутасы, дорабатывай практику. Характеристику я подпишу.

— Если вам неприятно на меня смотреть, я могу уйти раньше. Просто подпишите документы нужными датами.

— С чего мне должно быть приятно или неприятно? Ты практикантка, а я руководитель. Здесь нет места личным отношениям. Если ты намереваешься получить отметки по практике на халяву, так не получится. Есть четко установленные сроки. Так что будь добра, отработай месяц.

— Поняла.

Возможно, это даже к лучшему, так я смогу контролировать, не забил ли он на мою просьбу.

— И еще, — он достал из ящика стола какие-то листы. — Это наш договор, ты свободна от своих обязательств, больше мне от тебя ничего не нужно, — он разорвал его, смял и швырнул в мусорку. — Шутки кончились. Добро пожаловать во взрослую жизнь.

Последний месяц меня гоняли и в хвост и в гриву. Видимо, Влад решил отбить все свои вложения в меня. Как бесплатная рабочая сила я носилась по городу по всем инстанциям, подавала заявления, отвозила документы, стояла в очередях.

Я отрабатывала честно и со всем рвением.

Ситуация у Миланы обострилась тем, что у нее умер отец. И теперь никто не мог противостоять Беловым, кроме Влада. Он пообещал мне, что, несмотря на разочарование во мне, поможет ей.

Я не ожидала от него такого благородства и пыталась отплатить ему всем, чем могу.

Я каталась в автобусах до тошноты. Меня мутило так, что приходилось просить водителей тормозить вне остановок. Организм вовсю протестовал против такого режима работы. Я и пожрать толком не успевала, выполняя поручения Соколова.

Как-то мне даже на почте плохо стало. Немудрено — в маленьком помещении была целая толпа, духота стояла жуткая, несмотря на зиму. От женщин разило духами, от мужчин — куревом. Я чуть не задохнулась, но выстояла очередь, проклиная Ермилова. Именно по его делу я здесь торчала.

Нужно было отправить ответчику документы с исковым, а потом отвезти документы в суд.

Я приткнулась на подоконнике, чтобы заполнить опись вложения. У меня было такое гадкое чувство, будто я участвую в чем-то грязном. Бедная женщина ни сном ни духом не знает, что ее мужинек решил ее облапошить. Не только ее, но еще детей ни с чем оставить.

Поколебавшись пару минут, я написала прямо на исковом заявлении: «У вашего мужа любовница. Он давно выводит все активы, оформляя на свою племянницу».

Если Ермилова умная, то она сделает все, чтобы не допустить этого.

Я помогла ей, как могла.

Отправив документы я сфотографировала опись, чтобы осталось доказательство того, что я не выкинула документы в ближайшую мусорку, и поехала в суд.

Если Влад узнает о моей приписке, то мне не жить.