Книга Тыковка для босса, страница 12 – Джас Риччи

Он кивнул, не отрывая взгляда от монитора. Он был так близко, что я чувствовала жар, исходящий от его тела. Его рука, крупная и сильная, лежала на столе. Рука, которая исследовала каждый изгиб моего тела, каждый сантиметр кожи.

— Исправь, — приказал он тем же властным голосом, что отдавал приказы в ту ночь. — А пока найди…

Голос прервался. Ручка, которую он держал, дорогая, серебряная, выскользнула из его пальцев и упала под стол, прямо ему под ноги.

В идеальном мире я бы подождала, пока он сам наклонится за ней. Но я увидела возможность кое-что проверить, и я ей воспользовалась.

Я быстро, не дав ему и успеть среагировать, опустилась на колени у его ног. Юбка-карандаш предательски натянулась, обтягивая бедра. Я наклонилась, потянувшись к ручке, подняла её и сделала ход конём.

Поднимаясь, я собиралась опереться на ручку его стула, но пальцы коснулись его колена. Случайно, всего на мгновение. Моментальное прикосновение к ткани его брюк, которое тут же раздалось электрическим разрядом. Как в ту ночь.

Я резко выпрямилась, держа его ручку в руке.

— Вот она, — протянула, невинно глядя ему в глаза.

Он взял ручку. Его дыхание было неровным. Я видела, как напряглись его челюсти, как он заставил себя откинуться на спинку кресла.

— Спасибо, Ульяна, — его голос был ниже и более хриплым, чем минуту назад. Он явно едва сдерживался. — Можешь идти. И не допускай больше такой... небрежности.

Небрежности.

Я усмехнулась про себя, выходя из его кабинета. Я, вообще-то, не нарушила правил. Тему праздников не поднимала, субординацию соблюдала. И только что преподала боссу урок. Его тело помнит все, что мы делали той ночью, и все его жёсткие правила ничего не стоят против этого. А это значит лишь одно: игра началась.

Нет границ

Я сидел в кресле, глядя на закрывшуюся за ней дверь, и пытался восстановить ровное дыхание. За спиной у меня висели сертификаты и дипломы, свидетельство моей безупречной, выверенной жизни. А под столом горела точка, куда только что прикоснулась её рука.

Это была не случайность. Это был расчёт. Она сделала это специально, чтобы посмотреть на мою реакцию. Чтобы доказать, что моё «жёсткое и не обсуждаемое правило» стоит ровно столько, сколько стоит моя выдержка. А моя выдержка сейчас была на грани.

Я сжал ручку так, что костяшки пальцев побелели. Чувствовал, как пульсируют виски.

Она — искушение. И она только что продемонстрировала в очередной раз, что между нами нет границ. А я сам себя закопал. Я не могу её уволить — пообещал приятелю, что стажировку пройдёт без проблем. Не могу игнорировать — ведь взял её под личное шефство, помощником. При этом я должен держать её на расстоянии вытянутой руки, буквально.

Потёр виски, выдохнул и нажал на кнопку внутренней связи.

— Да, Владимир Константинович?

— Вызови ко мне Филиппа, — приказал я. Голос по-прежнему звучал предательски ниже, чем обычно.

Фил вошёл через минуту — спокойный, собранный, излучающий полную профессиональную компетентность.

— Что-то срочное, Влад?

— Да, — кивнул. — Стажёрка. Дочь Кравцова. Ты берёшь её под своё непосредственное кураторство.

Филипп удивлённо моргнул.

— Я? Но ты же вроде сделал девушку своей личной помощницей на время отработки практики.

— Обстоятельства изменились. Я не могу позволить себе тратить время на обучение стажёрки. Ты знаешь, сколько всего на мне висит, и что у нас слишком ценный проект.