Книга Горький шоколад с ароматом ванили, страница 72 – Алика Бауэр

— Нет.

— Хорошо, — говорит он томно, слишком ласково и пугающе одновременно.

— Cela excite. (Это возбуждает).

— D'accord (Согласен). Ты призналась, что тебе понравилось, когда я тебя шлепнул по заднице. — Александр делает глоток и не могу не смотреть как он слизывает каплю алкоголя с нижней губы. — Тебе хотелось бы больше, сильнее?

Все тело жаром обдает от его откровенного вопроса.

— Да, — пытаюсь смотреть в его глаза, и никуда больше, но все же замечаю, как Даниэль чуть поменял свое положение на кресле, стараясь незаметно поправить член.

Они оба, нет, мы втроем возбуждены. Кажется, мое учащенное дыхание становится слишком громким. Всматриваюсь в ворсинки ковра, да куда угодно, лишь бы не в пожирающие меня взгляды.

— Твои бывшие отношения, о которых ты упомянула, ты кончала с тем парнем?

Вопрос был неожиданным, и я ,правда, никогда об этом не задумывалась и про себя ужаснулась, собираясь ответить.

— Нет.

Александр нахмурился и склонил голову чуть на бок.

— Алексия, у тебя прекрасное тело, которое остро реагирует на любые, даже весьма невинные ласки. В чем причина?

Сердце словно кольнуло ножом. Старая рана, уже затянувшееся, но она иногда ноет, даёт о себе знать. Делаю глоток.

— Это твой последний вопрос? — голос слегка задрожал от эмоций, что долго копились внутри.

Александр обдумывает свои слова, наблюдает за моей реакцией и все же кивает головой.

— Наверное, этого не случалось из-за того, что во время секса я представляла Пашу с другой девушкой. Думала, а как бы она отреагировала, а как бы выгнулась, стонала или целовала бы его. Это мешало, но по-другому не получалось.

— Он тебе изменял? — спросил Даниэль.

Александр в этот раз не остановил его, да и на количество вопросов уже было плевать.

— Скорее всего, — призналась я, рассматривая свое отражение на дне пустого стакана. — Я знала с самого начала, что он падок на женское внимание, но все равно согласилась быть с ним. Клялся, что я у него единственная. Мне говорили, что мой парень ходит на лево, но я не верила, не хотела в это верить, — подняла глаза на Даниэля, что продолжал внимательно за мной наблюдать, — поэтому я и задала тебе этот вопрос. Не хочу быть одной из твоих многочисленных пассий.

Я наблюдала, как морщинка меж его бровями разгладилась, а лицо приобрело черты сожаления.

— Сладкая…

Надо бы заткнуться, остановиться, но мой пьяный и болтливый язык не слушал команды мозга, даже когда я почувствовала нарастающий ком в горле.

— А потом я увидела его измену. Но это помогло наконец открыть глаза на происходящее и больше их не закрывать, — выдавливаю из себя что-то подобие улыбки, но, видимо, получилось слишком фальшиво.

— Лекси, прости, мне не следовало задавать последний вопрос. Но твой бывший законченный кретин, безмозглый тип, по которому ты точно плакать не должна. Ты самая потрясающая девушка, что я.… что мы встречали....

— Я рассказала вам это не для того, чтобы получить комплименты, — не дала Александру договорить, только вот слушать какая я якобы замечательная не хотелось. — Отношения — это работа двух людей над ними и их окончание значит, что виноваты оба. Что-то я, значит, делала не так, где-то рубашку не достирала, где-то недолюбила, может, недостаточно сексуальна... Но всё в прошлом. Я провела работу над ошибками. Сейчас со мной всё нормально. Но говорить, что я самая лучшая, не надо. Вы меня не знаете.