Книга Горький шоколад с ароматом ванили, страница 77 – Алика Бауэр

Когда я услышала хриплое «Я так долго не выдержу», то почувствовала себя дико сексуальной и, наверное, в меня именно в этот момент вселился похотливый дух. Иначе объяснить нельзя, откуда во мне появилось столько решимости. Или моя необузданная страсть решила вырваться на свободу.

В крови чистый адреналин, неконтролируемый, дикий. И уже бедра наращивают амплитуду, и пальцы игриво сжимают то бедра, то горло, что почти стону, представляя, как будут ласкать мужские руки.

Как Даниэль без капли смущения протянет пальцы к моей груди. Проведёт по полушариям, от чего всё внутри задрожит. Как под его касаниями затвердеют соски. Он не будет медлить, не станет нежничать. Прикоснётся грубо, сильно. А Александр будет другим. Ласковым, нежным, но властным. Почему-то я в этом уверена. Он легко проведёт кончиками пальцев по контуру губ, изучая их. Надавит и скользнёт глубже.

Резко сажусь, открывая глаза, и наблюдаю невероятный восторг и вожделение на лицах мужчин. Развожу колени в стороны, но самое пикантное место осталось закрытым длинной юбкой. Даниэль тяжело вздыхает, у Александра сжата челюсть до предела. Но мне мало, хочу сильнее их спровоцировать, подлить масла в огонь.

Палец в моём рту помогает мне в этом. Я его облизываю, причмокивая, и медленно встаю, прогибаясь в спине. Гортанный стон слышу от кого-то из них и в душе горжусь собой, получая чистый кайф от своих движений. Разворачиваюсь спиной к мужчинам, не прекращая покачивать бёдрами, и тянусь к застежке платья сбоку.

Не успеваю расстегнуть и половину молнии, как ко мне прижимается каменные бёдра Даниэля, упираясь своим возбуждением. Александр вальяжной походкой появляется из-за спины, держа к руке бокал, наполненный на половину янтарной жидкостью и льдом.

— Сладкая, ты хотела увидеть татуировку Саши? — шепчет мой змей искуситель, пока я глаз не могу отвести от его друга, который начинает длинными пальцами расстёгивать свою рубашку.

Одна пуговица, вторая и вот уже участок подкаченной груди показался.

— Ты можешь её увидеть, — Александр становится передо мной так близко, что могу коснуться его, стоит только приподнять руку.

Он взглядом указывает на рубашку, призывая продолжить обнажать тело. Неуверенными пальцами тянусь к пуговицам и медленно расправляюсь с ними, задевая подушечками горячую кожу. Александр с интересом наблюдает за мной, попивая виски. И когда с проклятыми пуговицами покончено, стряхиваю с него рубашку и не могу не насладиться прекрасным видом передо мной. Чётко очерченные кубики пресса, идеальные косые мышцы. Да, его мускулатура была не так хорошо развита, как у Даниэля, тем не менее, я с удовольствием сканировала каждый лакомый кусочек, пытаясь запечатлеть всё в малейших деталях в своей памяти.

Во рту скопилась слюна. Надо бы сглотнуть, но хочется приберечь, облизывая каждый сантиметр его тела. Глаза заходят заветную татуировку. Небольшая веточка оливы огибала его подкаченную левую грудь. Пальцы начало покалывать от желания дотронуться до неё.

— Я могу? — наверное мой вопрос прозвучал странно.

И даже не знаю, у кого я спрашивала разрешения. У Александра или у себя самой. Он впечатался грудью в меня, выбивая громкий выдох из лёгких. Я снова оказалась зажата между двумя разгоряченными мужскими телами.