Книга Измена в 45. Я болею тобой, страница 8 – Татьяна Тэя

Солнце уже садится в тучу. На небе сумерки, небо окрашено в малиновый и голубой. Завтра будет ветрено, – думаю на автомате.

У спортивной школы собирается толпа, выходящих с тренировок подростков. Дети, которые уже почти не дети, серьёзные. Они не бегут, не пинаются, не задирают друг другу. Ведут себя уже как взрослые, котором скоро решать, какой путь выбрать.

А я, кажется, сбилась со своего.

Один визит дурной бабы так на меня подействовал?

Нельзя жить мужчиной. А я допустила эту ошибку. Денис – моё всё. Я просто очень сильно его люблю.

Смахнув мысленно слезу, смотрю на сыновей.

Федя и Миша – оба высокие, уверенные в себя, сильные, настоящие спортсмены.

А могли ли быть иначе у таких родителей, как мы?

В своё время мы их обследовали от и до, чтобы они не хапнули наследственно проблем. Бог миловал, всё в порядке у наших мальчиков и с сердцами, и вообще со здоровьем.

— Мам, привет! – подходят ко мне. – Ты не представляешь, что тренер сказал.

— Что у вас очередные сборы? – усмехаюсь.

Последние два года они с них не вылезают. Парни играют в баскетбол. И не дай бог их поставят в разные команды. Загрызут! У мальчишек тесная связь. Хотя какие они мальчишки. Они уже юноши.

Я улыбаюсь, глядя на наших сыновей. Мысли о детях всегда согревают моё сердце.

Парни всю дорогу обсуждают поступление в университет и юниорские соревнования. Речи у них такие серьёзные, что я невольно вздыхаю.

Миша аккуратно уточняет, что ещё не решил насчёт бизнес-школы. Мы с Денисом не против, если он выберет другой путь и пойдёт куда-то в управление или экономику. Но у Феди ревность из-за решения брата. Они столько лет привыкли всё делать вместе. Лучшие друзья же. Разорваться и пойти каждый своей дорогой – это всё равно, что потерять половину себя.

Кто-то сепарируется только от родителей. Парням придётся ещё и друг от друга.

— Знаете, – говорю я, стараясь сохранить спокойствие, – иногда мне кажется, что вы слишком рано стали взрослыми. Лучше бы вы просто были детьми, наслаждались жизнью, а не думали о таких серьёзных вещах.

Федя смотрит на меня с пониманием:

— Мам, ну а как не думать-то, через год уже решить надо.

— Да, – соглашаюсь. – Но решайте сердцем и интуицией. А мы с отцом любое решение поддержим.

Я чувствую, как моё сердце сжимается.

Мы с отцом…

Возможно, вскоре уже не будет никаких нас!

В голове проносятся мысли о том, как они воспримут наш разрыв, если всё окажется правдой и дойдёт до развода.

Чуть позже я стою перед зеркалом в спальне и стараюсь привести себя в порядок. Мне хочется отправиться туда, как есть, но я себя сдерживаю.

Волнение сжимает сердце, а руки трясутся, пока я крашусь. В голове в деталях прокручиваются утренние события.

Как это возможно? Я запомнила всё… Всё до единого слово!

— Я должна знать. Я должна всё видеть, – вздыхаю.

На мне черное платье, которое подчеркивает фигуру, и высокие каблуки, на которых я всегда чувствую себя королевой. Но даже в этом наряде мне сегодня неуверенно.

Я просто не понимаю, что делать, если я их увижу вместе. Как себя вести? Как не убить их?

В сердце бушует буря эмоций: от гнева до страха.

Вспоминания о том, как часто Денис начал задерживаться на работе, его странные поездки, отлучки, встречи, на которые он не мог взять меня – всё это всплывает одно за других. Может, я очевидного не замечала?