Книга Развод. В 40 с чистого листа, страница 23 – Татьяна Тэя

Всё новое свежее, пастельных оттенков, как я люблю.

Въезжать можно сегодня же.

Решаю, к чему усложнять себе жизнь длительными поисками, и решаюсь.

Остаётся лишь мотнуться домой за вещами и перевести всё до возвращения Григория.

Артур настойчиво повторил, что нам с пока ещё мужем лучше не встречаться. А все разговоры – дистанционно или в присутствии свидетелей. А ещё лучше – под запись.

Поэтому, когда вечером звонит разъярённым Пегов, я снимаю трубку и прохладно здороваюсь.

— Ты почему не дома? Ты где?

— Там же, где твоя вежливость. Очень далеко… Хоть бы здрасьте пока ещё жене сказал.

— Здравствуй, – подчёркнуто издевательски произносит.

— Если ты насчёт своего щедрого предложения, то ответ нет.

Гриша рычит.

— Последний шанс…

— Не надо мне твоего последнего шанса, – перебиваю. – Я всё решила. И пусть справедливый суд, самый гуманный суд в мире нас рассудит. Там и встретимся.

Бросаю трубку, раздражённо.

— Чёрт, умеет же испортить настроение!

Но как оказалось, Григорий умеет портить не только настроение…

Два дня спустя я, наконец, еду на работу. Невозможно все вопросы решать дистанционно, да и мне, честно, самой необходимо окунуться в бурную деятельность, общаться с людьми, смотреть, как функционирует то, что я сама задумала, распланировала и воплотила в жизнь.

Сегодня во второй половине дня большой праздник у шестилетней именинницы. Для неё заказана анимация с феями, бумажная дискотека и мастер-класс по изготовлению леденцов.

Сейчас такие дни рождения можно детям закатывать, мы в своём детстве о таком могли лишь мечтать. А современные лишь носики морщат и говорят: «ну… норм…».

Уж я всяких реакций перевидала. Но как правило в конце вечера недовольными от нас ещё никто не уходил.

Я понимаю, почему родители стремятся дать своим родным крохам самое лучшее, я бы тоже так делала… если б у меня был кроха.

Но… смахнём слёзы и не будем о печальном.

После праздника я помогаю прибрать помещение. В этом тоже ничего зазорного не вижу. Уношу грязную одноразовую посуду, протираю столы. Потеряшки складываю в корзину, может, за ними ещё вернутся. Помощница передаёт мне кусочек торта с нежно-розовой глазурью и посыпкой из золотых звёзд.

— Угощайтесь, это от волшебницы-именинницы-Стеши.

— Как мило. Спасибо, Лидия.

Так что я пью чай, пока разбираю бумажки в кабинете, а стрелки на часах тем временем движутся к одиннадцати вечера.

Сама закрываю детский центр и, прыгнув в машину, мчу в съёмную квартиру, где пока только обживаюсь.

Машин на дорогах уже не так много, и я пытаюсь привести мысли в порядок, двигаясь в потоке. То и дело в них проскакивает Артур. Даже сейчас, когда мелькают городские огни, в голове все еще звучит его соблазнительное предложение и я вспоминаю его прямой взгляд, от которого меня в жар бросает.

Внезапно мои размышления прерываются – передо мной резко встает черный седан. Он уже какое-то время мельтешит впереди. То резко газует, то тормозит.

— Идиот, – вывернув руль вправо, раздражаюсь я.

Чем ближе к ночи, тем выше риск встретить больных, мнящих себя гонщиками Формулы-1.

Дорога сегодня мокрая. Недавно моросил дождь, и тёмный асфальт блестит, как кобальт.

Я еду дальше, но чёрный седан меня догоняет.

— Слышь, чего тебе надо? – бормочу, пытаясь в зеркало заднего вида разглядеть, кто за рулём. – Ну проезжай, король… проезжай… на автоледи, что ли, обиделся.