Книга Скучная история или Исповедь бывшего подростка, страница 35 – Оливия Стилл

— Кажется, я догадываюсь, – после паузы произнёс Шурик, – И даже знаю, как зовут эту неприятность. Я только одного не могу понять...

— Чего ты не можешь понять? – спросила Сью.

— Почему она думает, что имеет право решать за тебя... за меня... за нас? И почему все должны потакать её капризам? В конце концов, я не виноват в том, что она...

— ... Любит тебя? – закончила за него Сью.

Шурик фыркнул.

— Что за детский сад...

— Так возьми ей это сам, и объясни, – сказала Сью.

— Как объяснить? Она не понимает. Мне что, на хуй её послать, что ли?

— Нет, так не надо...

— А как? Если по-другому не доходит.

Сказать, насколько больно мне было всё это слушать – значит, не сказать ничего. Да и есть ли смысл описывать чувства человека, влюблённой девушки, которую вот так вот грубо "отшили"! Но я продолжала молча сидеть и слушать его отрывистые, безжалостно-хлёсткие фразы.

— Короче. Я ей звонить не буду. И скажи ей, чтобы мне не звонила тоже. Потому что мне это уже начинает надоедать...

Сью закончила разговор и положила трубку.

— Ну? Слышала, что он сказал?

— Слышала, – безразлично-бумажным голосом произнесла я, сидя в каком-то ступоре.

— И что теперь?

— Ничего. Я домой поеду.

— Как домой? В таком состоянии?

— А в каком? – выдавила из себя я, неподвижно глядя в одну точку.

Сью пристально уставилась мне в глаза.

— Ты точно с собой ничего не сделаешь?

— Да точно, точно.

Но я не пошла домой. В тот день я долго бессмысленно петляла по хмурым зимним кварталам и выла волком, даже не стирая слёз с мокрого и обветренного лица. Мысль о том, чтобы "сделать с собой что-то" у меня, конечно, проскочила, но инстинкт самосохранения в тот момент оказался сильнее. Так что я просто моталась по улицам до темноты, в расстёгнутой куртке, как пьяная бомжиха, и рыдала не столько оттого, что Шурик меня послал (это было, в принципе, ожидаемо) – а оттого, что жаль мне себя было до слёз, такую убогую, такую серую... такую неудачницу.

ГЛАВА 28

Прошёл год.

Рана, нанесённая мне в сердце Шуриком, мало-помалу затянулась. Другой занял его место... Про того "другого" у меня есть отдельный рассказ – "Не судьба" называется. Так что в этой повести повторяться мы не будем. Скажу только, что и с ним у меня тоже в итоге ничего не получилось, несмотря на все мои усилия. Очевидно, дедово проклятие по-прежнему дамокловым мечом висело надо мной.

Это было как раз тем летом, когда Сью изнасиловали в овраге. А такие вещи здорово ломают психику подростков. Сломало это и мою подругу, а вместе с тем и дружба наша окончательно полетела под откос.

Я тогда жила на даче у бабы Зои, и отношения наши с ней к тому времени были уже безнадёжно испорчены. Мы обе – и я, и бабка – ненавидели друг друга, и обе имели на то свои причины. Бабка не могла простить мне смерть деда, по-прежнему считая меня виновной в этом, а я ненавидела её за то, что разлучила меня навсегда с парнем, которого я тогда любила...

Не помню, из-за чего я попиздилась с бабой Зоей на этот раз, но я ушла из дома. К Сью. Но она, сидя на своей железной кровати и обхватив коленки руками, даже не повернула головы.

— Шла бы ты домой, – буркнула Сью, не глядя на меня.

— Мне некуда идти. Я из дома ушла...

— А я-то чем могу помочь?

Я оторопела. Никогда ещё на моей памяти Сью не была так безразлична и так жестока ко мне. Слёзы навернулись мне на глаза, и я молча развернулась, чтобы уйти.