Книга Измена. Сказка (не) о любви, страница 18 – Аня Вьёри

Та сидит, плотно сомкнув губы, отчего ее нос заострился, а лицо вытянулось. Она сейчас полностью оправдывает свое прозвище. Хотя, конечно, Крысой ее прозвали не за внешность. Журналисты не настолько злые.

Летучка заканчивается бурными аплодисментами в адрес Светланы Михайловны и немножко в мой. Коллеги поднимаются и дружной гудящей толпой вываливаются из переговорной. Мне нужно сказать пару слов Светлане Михайловне, я чуть задерживаюсь и выхожу последней. Тут же жалею об этом, потому что прямо у дверей переговорки стоит Антон.

Он засунул руки в карманы и чуть насмешливо оглядывает меня. А Илья Степанович распинается:

— Вот, молодая кровь, свежий взгляд! Вы же видели, как у нас скакнули продажи? И рекламный бюджет? Вы видели? Это обязательно надо отразить в отчете! Я, – он поворачивается и с гордостью родителя смотрит на меня, – умею видеть таланты.

Антон закусывает губу и скользит по мне совершенно недвусмысленным восхищенным взглядом. Сегодня на мне светлое платье в крупный цветок. Крой простой, но очень изящный. Выгодно подчеркивающий мою высокую грудь и тонкую талию. Антон любил, когда я в этом платье. Любит. Наверное. Взгляд жадный.

— Поздравляю, – кивает он то ли мне, то ли главреду.

Я вспыхиваю, что-то лепечу в ответ и тут же хватаю под руку нашего выпускающего.

— Светлана Михайловна, мне с вами поговорить надо.

— Конечно, Наташенька, пойдем, – с чисто материнским покровительством она берет меня под руку и уводит.

— Наталья, после обеда зайдите ко мне, – начальствующим тоном кричит мне вслед Илья Степанович.

— Ох, не к добру это, – обеспокоенно шепчет мне на ухо Светлана Михайловна.

— Что? – я искренне удивляюсь и тут же краснею, вспоминая взгляд Антона.

— Степаныча внимание! – фыркает моя редактор. – Поаккуратнее с ним! И еще, – она замирает и озирается, – Лариске не попадайся!

— В смысле? – тут уж я совсем ничего не понимаю.

— В смысле! – повторяет Светлана Михайловна. – Она тебе не простит, если Степаныч тебя назначит любимой женой… – она закатывает глаза.

— Любимой кем?! – возмущаюсь, – Да разве я…

— Ты-то, может, и нет, но Лариске на это плевать, – поглаживает меня по спине Светлана Михайловна. – Я в дамскую комнату забегу, ты иди ко мне, я сейчас приду. Платье, кстати, шикарное! Где купила?

— Ой! Не помню, – отмахиваюсь. – Оно старое.

Несмотря на то, что Антон прислал мне все мои вещи, одеться на работу мне по-прежнему сложно. Наряды дорогие, брендовые. В пятницу та же самая Лариска меня чуть не съела! Было ветрено, и я взяла с собой жакет. Простенький. Песочный. С голубыми капри хорошо смотрится. Когда-то в Мадриде купила. Кто ж знал, что она на глаз определит его стоимость. Пришлось врать, что мне он с чужого плеча достался. Кажется, поверила. Но взгляды в мою сторону наша прима бросает мерзкие. Уф… Как же сложно в дружном женском коллективе. То ли дело парни.

— Кофе будешь, звезда? – это Сашка встречает меня у кофемашины.

— Буду! Если звезда, то морская… Барахтаюсь на дне…

Сашка смеется, а я подхватываю стаканчик и иду к Светлане Михайловне. У меня к ней серьезный разговор.

— Вот, это еще в начале мая присылали, – показываю я письмо. – Эх, вот бы на девятое такое опубликовать!

В выходные я таки разгребла письма читателей и нашла очень интересную историю шестидесятилетней давности…