Книга Развод и Дед Мороз в подарок, страница 10 – Ада Линн

— Конечно, – кивает Исаев и переводит взгляд на меня. – Русскую народную?

— Нет! – восклицает Катюша. – Мама, включи китайскую налодную!

— Китайскую? – Исаев широко раскрывает глаза и вопросительно смотрит на меня, а я не выдерживаю и прыскаю от смеха.

— Ладно, Катюш, включаю. Держись, дядюшка Мороз!

— Что-то у меня плохое предчувствие, – мрачно произносит мужчина.

— Нет! Песня холосая! – уверяет его Катя.

Я тем временем беру телефон, нахожу в плейлисте песню, известную в народе как «Опа гангам стайл». Дело в том, что музыкальный руководитель сделала номер на утренник под эту песню. Когда родители спросили, чем обусловлен такой странный выбор для детского сада, руководитель отмазалась, сказав, что это «китайская народная» музыка.

Родители посмеялись, а дети искренне поверили.

При первых же звуках этого музыкального произведения у викинга изумлённо приподнимается правая бровь.

— О, нет, только не эта, – стонет мужчина.

— Да-да! – Катюша радостно подпрыгивает на одной ножке и хлопает в ладоши. – Давай, дядя Молоз, танцуй-танцуй!

Дочка сама начинает двигаться в такт, показывает пример мужчине.

В целом, ей всё равно, как именно он будет танцевать, Владислав быстро понимает, что для Кати главное – компания.

Поэтому он берёт дочку за руку, кружит её, а потом поднимает и слегка подбрасывает в воздухе.

Катя счастливо визжит.

Я стою и наблюдаю за этим, раскрыв от изумления рот.

За три года своего отцовства мой почти бывший муж не вызывал у дочери такой искренней радости.

Катя в принципе не избалована отцовским вниманием. Она только и слышала от него, что «иди к матери», «я устал», «потом поиграем». «Потом» превращалось в «никогда» примерно в девяносто процентах случаев. Остальные десять заканчивались тем, что Толя раздражался, швырял в стену игрушку и уходил со словами «дурацкие девчачьи игры».

Поэтому мне так важно было, чтобы к дочке пришёл Дед Мороз.

Один раз в году Анатолий перевоплощался в доброго старичка с мешком подарков и соглашался играть эту роль не только для чужих детей, но и для родной дочери.

— Мама! Тепель давай лусскую налодную!!! – весело хохочет Катя, когда Исаев, наконец, ставит её на пол.

— Нет, доченька! – спохватываюсь я, понимая, что слишком далеко уплыла в свои мысли. – Дяде Морозу уже пора идти к другим деткам.

— У меня есть ещё несколько минут, – Владислав мне подмигивает. – Включай русскую народную, мама.

Делать нечего. Включаю музыку и наблюдаю, как под радостные визги моей дочки, Исаев повторяет свой танец вприсядку.

У меня снова отваливается челюсть. Мелькают крамольные мысли, что я ужасная мать, поскольку не смогла найти своей дочери такого отца. Хотя, где бы я могла встретить Исаева раньше? В отель «Четыре сезона» я попала первый раз в жизни в этом году, а этот мужчина вряд ли посещает заведения более низкого уровня. Ну, хотя бы Деда Мороза ей привела.

За русской народной Катя требует танец маленьких утят, и я понимаю, что владельца сети автосалонов пора спасать от моей маленькой танцевальной террористки.

— Катюша, всё. Отпускаем дядю Мороза, а мы с тобой устроим дискотеку и будем танцевать до упаду.

— Плавда? – хмуря бровки, уточняет дочь.

— Правда-правда. Давай включай телевизор, ищи канал с песнями, который ты любишь, а провожу дядю.