Книга Красный воробушек и Чёрный кот, страница 13 – Евгения Оул

Мне же хотелось съехать вниз, дабы спрятаться от прожигающего взгляда чёрных глаз нашей "акулы". Воистину, не будь рядом свидетелей, меня бы уже растерзали на мелкие кусочки.

Вынырнув из воспоминаний, попыталась отогнать смущение, что накрыло меня с головой плотным одеялом, пока мы ехали в машине класса люкс, и я боялась даже лишний раз вздохнуть.

Голова была чугунная, всё пережитое давало о себе знать, поэтому сосредоточиться было адски тяжело. Несколько раз понимала, что пишу совсем не то и точно не туда, куда надо бы. Или повторяла информацию, вбивала её, хотя в базе уже всё было.

Попытки собраться заканчивались провалом чисто из-за измотанности организма в целом. Думать о Томасе времени толком-то и не было. Хотя Лиза и поглядывала на меня, и словно пыталась намекнуть и вывести на откровения, я лишь заливала в себя кофе, чтобы не вырубиться прямо на месте, и отмахивалась от неё, как от назойливой стрекозы.

Не до романтических фантазий мне было.

После корпоратива, когда оказалась наконец-то дома, завалилась мордой в подушку и отключилась.

На следующий же день, разодрав веки ближе к обеду, обнаружила у себя ломоту во всём теле, а также температуру в подарок.

Соседка, конечно же, стала кудахкать и носиться вокруг меня, как с писаным яйцом. Напичкала таблетками, готовила чаи и бульончики и вела себя крайне тихо, не мешая мне высыпаться дальше.

В конечном итоге пришлось брать больничный, и, чтобы вернуться в норму, потребовалась целая неделя. Так что Новый Год я провела с чашкой чая и закуской в виде таблеток вместо салатиков и расслабляющего шампанского. Лиза в солидарность тоже не напивалась и осталась рядом в знак поддержки. За что я была ей безмерно благодарна.

Но.

В последние дни моего больнично она странно косилась в мою сторону, кусала губы, словно сдерживая себя. И я понимала – она хотела поделиться каким-то новостями или сплетнями, но почему-то упорно молчала.

Но настаивать и выуживать информацию смысла не видела. Салфетки в носе не позволяли нормально соображать. Поэтому я только то и делала, что спала и ела.

Даже попытки просмотреть сериал заканчивались провалом раз за разом. Голова сразу начинала гудеть, стоило включить компьютер или даже хотя бы взять телефон в руки.

Так что выпала из жизни конкретно так. Но хотя бы ушли круги под глазами и желание убивать каждого, кто попросит об услуге, пропало.

Не смотря на длительный отдых, огурчиком всё равно себя не ощущала, а от мысли о горах бумах, что наверняка скопились у меня на столе, хотелось даже хныкать. Лизе я не призналась, что от болезни еще полностью не отошла, иначе меня бы из дому не выпустили.

Только вот, стоило пройти пост охраны и оказаться в офисе, как сразу стало как-то некомфортно.

И непонятно, что вообще происходит.

Почему-то все носились с перепуганными лицами из кабинета в кабинет, что-то неразборчиво друг другу крича и матерясь.

— Давно не виделись, Мария, - приятный баритон вызвал мурашки по коже, но при этом словно и ударом сковородкой по голове.

И возник, наверное, самый главный вопрос – что здесь делает Томас?

Хотелось сбежать. Вот просто взять, крикнуть «Жаба!» и указать пальцем куда-то в сторону, чтобы этот индивид отвлекся, а я по-быстрому свалила. Но я всё же  понимала, что такое не прокатит и в моей адекватности тут же засомневаются.