Книга Поглощённый тобой, страница 61 – Ирина Стефанова

Шарлота заплакала ещё сильней.

— Да, замолчи ты! — крикнула девушка, отчего ребёнок ещё хлещи заплакал.

На крики и плачи пришёл Алекс.

— Что здесь происходит?

— Она плачет, — как не в чём ни бывало, ответила Нэнси. Она и позабыла, что как мать она должна успокаивать девочку.

— Так успокой её. Ты же её мать.

— Я пробывала, — ложь, — но ничего не получилось.

— Дай, я.

Когда Алекс взял Шарлоту на руки, она сразу успокоилась. Он улыбнулся ей.

— Ну что идём? Нас уже ждут в больнице.

— А ты уверен, что хочешь этого? — у Нэнси была ещё надежда, что он передумает.

— Уверен, — очень серьёзно ответил он, и его взгляд подтверждал это. — Чего ты боишься, Нэнси?

— Ни-ничего, — слегка заикаясь, ответила она.

— Тогда вперёд.

Тяжело вздохнув, Нэнси взяла сумку и вышла из комнаты. Вслед за ней вышел Александрос, у которого на руках удобно устроилась Шарлота.

Сара очнулась от шума волн и от того, как её ноги омывает вода. Открыв глаза, девушка попыталась всмотреться в небо, но у неё ничего не вышло. Было темно, только где-то сбоку виднелись слабые лучи солнца.

Приподнявшись на локтях, Сара поморщилась. Всё тело болело, а особенно левая лодыжка. Чёрт возьми! Где она? И что произошло? Как бы она не пыталась вспомнить, но ничего конкретного у неё не получилось. Последнее что она помнила, так это ссору с Томом. Том. Но кто такой Том?

При упоминании этого имени, голова девушки взорвалась болью. Оставив попытки что-то вспомнить, девушка поняла, что боль начала отступать. С трудом поднявшись, она побрела на слабый свет. Выйдя на берег, Сара огляделась. Только-только показался рассвет. Вода была ещё прохладной. Ноги девушки замёрзли, так как она стояла по щиколотки в воде. Сделав пару шагов, она обернулась в сторону пещеры. А это была именно пещера, в которой она очнулась. Небольшая пещера. Странно, почему она не затапливалась ночью?

Подняв голову чуть выше, Сара заметила тропинку. На этой тропинке были даже кривые ступеньки. Но вот не задача, метра полтора нужно сбирать по скале, а лодыжка болела сильней и сильней. Делать было нечего. Она должна отсюда выбраться, и она это сделает.

Том нервничал. Он нервничал с того момента как приехал домой. Теперь ему казалось, что он поступил неправильно. Хотя фактически он бросил Сару умирать, конечно, он поступил неправильно. Что тут неправильного. Он просто моральный урод. Хех, он знал это, и его всё устраивало. Каков отец, таков и сын — так всегда говорили о нём и его отце.

Хоть он и любил отца, но тот был слишком жесток со всеми, кроме него. Мать он бил регулярно, и дочери доставалось. Но вот Тома он не трогал. Как иронично. Отец считал, что мать ему изменяла, а Мари не его дочь. Том наблюдал за этим и мотал на ус. Он восхищался своим стариком.

И вот сейчас он поступил так, как бы поступил его отец. Избавился от улик. Теперь осталось выждать, чтобы заявить о её пропаже. К тому, времени Сара будет мертва.

На радостях, Том открыл лучшую бутылку вина, привезённую с плантаций своего отца. Открыл и сделал глоток, что бы потом закашляться. Вино, выпитое им, пошло назад, но вместе с ним и что-то тёмное и липкое. Когда же до Тома дошло, что он сейчас выплюнул на пол, то побледнел. Этого не может быть! Только не с ним. И только не сейчас.