Книга Бывшая жена. Былое не вернуть, страница 5 – Таня Поляк

Так можно сказать, что он устал ждать малыша от пустышки, а тут бывшая любовь…

Встряхиваю головой, чтобы не давать развитию своим мыслям. Я — не пустышка.

А если мыслить вглубь — Боженька отвёл. Чтобы родила не от этого гондона штопаного, а от настоящего мужчины.

Сажусь на диван, обхватывая голову руками.

Смотрю в одну точку.

Пока слабо верю в происходящее. И не верю, что решилась вышвырнуть вещи мужа с балкона.

Ха.

Эпичное окончание нашего брака.

Теперь можно смело радоваться недавнему отрицательному тесту на беременность.

Таак, что мне там нужно? Позвонить хозяйке этой квартиры, сообщить, что мы съезжаем. Найти новую квартиру подальше от этого района. Чтобы ничего не напоминало о муже.

Хорошо, что мы не начали продумывать дизайн в нашем новом доме. Ха, точнее уже не нашем. Видимо, все заботы по обустройству особняка, который находится на финальной стадии строительства, будут возложены на хрупкие плечи Верочки. Пусть занимается.

Мне только легче. Я изначально не хотела переезжать из квартиры в дом. Но Матвей настоял, что для его статуса положен крутой особняк, как у партнёров.

Позёр несчастный.

Я согласилась. Подумала, что привыкну. Мы продали нашу уютную трёшку в центре, чтобы хватило на новый дом, точнее — современный коттедж в элитном районе.

Я просила Матвея не продавать эту квартиру. Мне там было хорошо. Ну была бы квартира, и дом. Но нет. Денег на дом мне хватало, потому что муж вложился в новый проект с теми самыми партнёрами, на которых ровнялся.

Вот будет смешно, если в итоге это дело прогорит. И останется Матвей без денег и квартиры, зато с голыми стенами элитного коттеджа, по которому он будет ходить за ручку с Верой.

Если она, конечно, с ним останется. Кажется, Матвей уже забыл, что она кинула его ради более выгодной партии. Очень надеюсь, что история повторится…

От мыслей меня отвлекает визг шин по асфальту. Выхожу на балкон и вижу, как внедорожник Матвея выезжает со двора дома. Его нижнее бельё так и лежит на земле. Гордый. Ничего не стал собирать. Не стал унижаться.

— Ого! Сколько добра! — слышится под подъездом голос нашего местного бомжа, которого мы всем двором иногда подкармливаем.

Иваныч — неплохой мужик, не злой, никогда слова плохого не скажет. Сумки помогает женщинам до подъезда доносить. Подумаешь, любит выпить и живёт в подвале нашего дома. Выгнать его жалко. По глупости он остался без документов и без жилья, а сейчас добиваться ничего не хочет.

Иваныч поднимает голову, видит меня и улыбается.

— Кристинка, ты своего что ль выселила?

— Я, — отвечаю, шмыгая носом.

— Так, ты теперь это, свободная дама?

— Ага.

— Я, конечно, тебя старше. Но если меня помыть, побрить, постричь.

— Ой, Федя, молчи, дурак, — кричит соседка снизу. — Сдался ты молодой девчонке.

— Старый конь борозды не портит! — бурчит Иваныч, но всё равно улыбается.

— Ты лучше собери бельишко. Тебе пригодится, — советует вторая соседка.

— Оно хоть чистое? — хмурясь, спрашивает дядя Федя, и всё.

Меня накрывает истерика. И не только меня. Соседки снизу хохочут на весь двор. Я сама сижу на полу балкона и смеюсь до слёз.

«Чистое». И это спрашивает человек, который мылся нормально, дай Бог, в прошлом месяце. Иваныч хмыкает и идёт собирать носки и трусы Матвея.