Книга Тень. Человек без лица, страница 34 – Галина Кор

Аврора

Сажусь на свою кровать и смотрю на него ожидая, что же он мне поведает. Но он молчит, собака. Мне хочется подойти и стукнуть его, хоть как-то угомонить своего «психа» внутри.

— Что дальше, — не выдерживаю и спрашиваю.

А он только пожимает плечами. Зашибись. Такой себе ответ…

— Я могу уже выйти из этой комнаты.

— Я думаю, что за порогом морга тебе ещё небезопасно.

— А может я буду передвигаться по зданию морга? Ну хоть какое-то разнообразие…

— Представляю лица моих коллег, когда я поднимаюсь из подвала под ручку с тобой… Прямо невеста графа Дракулы.

— Ну можно же рано утром, когда никого нет. Все пришли, а тут уже я… Скажите, что я ваша родственница, живу в Химках, хочу стать патологоанатомом.

— У меня нет родственников в Москве, — он такой спокойный и невозмутимый, что внутри меня начинает подкидывать и подбешивать. Я тут распинаюсь, накидываю ему варианты, а он прикидывается «инфузорией в туфельках» и только вежливо улыбается. Он издевается надо мной! И при это ещё сидит, пожирает мои голые ноги глазами, хорошо хоть не чавкает.

— Ну я не знаю, может тогда племянница из Магадана. Далеко и никто не проверит…

— Допустим. И что ты, наверху, будешь делать? Там же не шоколадная фабрика? А морг…

— Да что я трупов не видела, я всё-таки будущий врач. Уверяю вас, все что наверху, будет намного поинтереснее, чем здесь — в белой комнате.

— Ты понимаешь, насколько я рискую, идя у тебя на поводу?

— Я буду самой примерной, послушной и самой предсказуемой для вас, — в состоянии глубокой радости я готова сейчас наобещать ему с три короба.

— Вот это-то меня и беспокоит, — а я только глазками хлопаю. А я что, я ничего…, - думаешь я не раскусил тебя, твою сучность. Я не знаю, зачем ты стараешься быть другой, может пуля задела не только бок, но и мозг?

— Я просто стараюсь быть благодарной, — ответ мой был честным и от души.

— Чувствую, что твоя благодарность выльется мне геморроем. Но и держать тебя здесь вечно тоже не вариант. Надо с чего-то начинать… Может проще тебя вывезти ночью за третье транспортное кольцо, посадить под ёлкой и забыть, — говорит он скорее всего для себя, а не для меня. Почесал свою небритую щеку, поднялся и, повернувшись в мою сторону, говорит, — ну пошли, племянница из Магадана.

Я так шустро подскочила, что аж в боку стрельнуло. Но решила не ойкать и не айкать, чтобы не продолжить куковать здесь до зимы.

Мы поднялись наверх, как оказалось морг пуст.

— А где все? — спрашиваю я.

— Обеденный перерыв. Все в столовке.

— А вдруг труп привезут, а тут никого?

— А я на что?

— Ясно, — осматриваю помещение, — а у вас тут мило.

Он так громко вздыхает и делает смешную гримасу, что я сразу задаю вопрос:

— Что?

— Начинается…

— Что начинается?

— Я уже начинаю жалеть, что вытащил тебя….

И тут в общий зал заходят два мужика. Один постарше, второй совсем молодой. Наверное, моего возраста. Они вдвоем уставились на меня, а я радуюсь, что теперь, при свидетелях подвал мне не светит. Ура!

Наверное, на лице у меня была неподдельная радость, потому что Павел криво улыбнулся и хмыкнул.

— Откуда сие милое создание, — говорит мужчина постарше.

— Это Ефросинья, моя очень дальняя родственница из Магадана. — Я приветливо улыбаюсь вновь прибывшим мужчинам. — Это Константин Аркадьевич, врач патологоанатом высшей квалификации, — представляет Павел мужчину постарше, — а это Семен, один из трех наших интернов.