Книга Остров (не) везения, страница 75 – Галина Кор

Поворачиваюсь в сторону Киры. А у нее немой вопрос.

— Что?

— Меня что, пасли?

— Пасут корову на пастбище, а тебя подстраховывали.

— Ты красава, — говорит мой сослуживец, — я с тебя угорал, когда ты того кренделя пьяного огрела, а потом уронила. Звезда! Надоест Кирюха, дай знать, — подмигивает и улетает.

— Пошли, звезда, — обращаюсь к призадумавшейся Кире. — Я заведу тебя в комнату для наблюдения, а сам пойду в допросную. Тебе разрешено только смотреть. Сунешься в допросную, запру дома на трое суток, понятно?

— Понятно. — Какое-то у нее наигранное согласие. Видно, что пытается сдерживаться. Радости, полные штаны.

Открываю первую дверь, завожу Киру. Там стоят еще несколько человек. Я их приветствую, и объясняю ситуацию. Они смотрят на Киру с интересом и улыбкой. Вот засада! Кира здесь еще не работает, а уже знаменитость.

Если и будет здесь работать, то только в моем отделе, хрен я ее кому отдам.

Открываю следующую дверь и захожу в допросную. За столом сидит Георгий Сильвестрович Зарецкий.

Наблюдаю за допросом со стороны.

Георгий ничего не скрывает. Он совершенно спокоен. Ничего в нем не указывает на причастность. Играет? Или искренен?

— И вам не было интересно, что случилось с Черновой, не было желания лично поинтересоваться у нее о причине расставания? — задает вопрос Кирилл.

— Ваши сотрудники изъяли фото Ксении, на обратной стороне которого, как мне кажется, причина указана прямо, без всяких завуалированных намеков. А найти ее, и услышать то же самое, устно, а не письменно, у меня желания не было. Не страдаю мазохизмом. Да, не спорю, она мне нравилась. Думал, что серьезно. Наверное, звучит глупо из уст сорокалетнего мужика, но зацепила она меня с первого взгляда. Надеялся, что взаимно. А получилось, как получилось.

— А как вы получили кольцо обратно и записку?

— Водитель передал. Сказал, что стоял возле офиса, ждал меня. Подошла Ксения и попросила передать мне. Все находилось в маленьком подарочном пакете, поэтому о содержимом он не догадывался. Больше я ее не видел.

— И на квартире у нее после прощальной записки не были?

— Нет, а что мне там делать?

— Убить, например?

А в ответ тишина. Как-то он поменялся в лице.

— В смысле?

— Вы же умный человек, какой здесь может быть смысл, после сказанного?

— Ксения мертва?

— Да.

Он так побледнел, что того гляди и в обморок бухнется. Вот не везет мужику с бабами, прямо беда…

— Как это случилось, — хриплым голосом спрашивает Георгий.

— Изнасилована, задушена… Впрочем, как и Злата Калинина.

— Что? — сказать, что он удивлен, ничего не сказать. — Когда?

— Чернова в начале апреля, Калинина — несколько недель назад.

— Пиздец… — При мне Георгий никогда не выражался. Но и у меня был бы край, если свалились бы такие новости на голову.

— Так, когда вы последний раз видели Чернову?

И все по кругу. Через несколько часов Георгий был похож на выжатый лимон. А Кирилл свеж и бодр. Может он энергетический вампир? Или, чтобы здесь работать надо обладать недюжинной выдержкой, уметь отодвинуть эмоции на задний план и отсеять шелуху от истины.

Честно, я любуюсь Кириллом и завидую сама себе. Такой мужик, и мой. Мы с ним, конечно, та еще парочка. Ни разу не романтичные, прямолинейные, со взрывным характером, собственники, короче, однояйцевые близнецы. Только разного пола.