Книга Карамелька для Емельки, или Сладкий рецепт счастья, страница 8 – Елена Соловьева

— Не будь идиоткой, Булка! — вспылил он. — Не делал я никакого выбора. Та… девица для меня ничего не значит. Просто…— Коля задумчиво и хмуро осмотрел меня с головы до ног, заставив почувствовать себя не просто некомфортно, а прямо-таки нелепо. — Иногда хочется не только сладкого тортика, но и чего-то попроще. Вяленой воблы, к примеру. Я мужчина, понимаешь. Со своими вкусами и пристрастиями.

— Вот и катись вместе с ними, — рыкнула я, окончательно теряя терпение. — С теми, кто считает женщин всего лишь едой, мне не по пути. Пошел вон! И чтобы больше я тебя здесь не видела! Никогда!

— Не истерии, Булка, — он попытался перевести все в шутку. — Это же просто образное сравнение. Просто, чтобы ты лучше поняла.

Хах! Да я все прекрасно поняла и осознала, что пригрела на своей внушительной груди даже не змея, а настоящее чудовище.

— Вон! — повторила решительно.

Резко распахнула дверь и слегка подтолкнула Колю в грудь. Он покачнулся и на секунду потерял равновесие, едва не брякнувшись на спину. Его небольшая заминка позволила мне захлопнуть дверь перед его носом и запереть на ключ. Свой он, похоже, потерял, иначе не стал бы стучать так настойчиво.

«Надо поменять замки», — подумала я, прислоняясь к двери спиной и чувствуя, как по щекам текут слезы. Хорошо, что Коля этого не видит Плохо то, что я не могу справиться с порывом. Слишком больно и горько мне сейчас. От предательства, от лжи, от этих унизительных слов.

Коля потоптался еще немного на пороге, побухтел что-то невразумительное. Но спустя минут пятнадцать все же ретировался.

А утром я нашла на пороге подвядший букет хризантем. Цветы скукожились и поникли, утратив былую пышность и свежесть. Совсем как наша с Колей любовь. Впрочем, была ли она? Может быть, это светлое чувство жило только в моем воображении? Коля казался мне таким заботливым и внимательным. Поначалу. Но потом все больше и больше превращался в тирана, который не поддерживает, а как будто продавливает с каждым словом. Его речи о «сладеньком тортике» и «вяленой вобле» до сих пор отдаются горечью во рту. Но именно они отрезвили меня.

Я приняла решение начать новую жизнь. Без Николая и без его «очень важного» мнения. Без постоянных упреков и подколов. Пусть у меня не будет мужа, зато останутся друзья, любимое дело и моя «Карамелька». Кто знает, может быть, однажды я снова научусь доверять мужчинам. Но точно не Коле.

На следующий день я с головой погрузилась в работу.

Поразительно, но на качестве кондитерских изделий мое внутреннее состояние не отобразилось плачевно. Скорее, наоборот, я взялась за любимое дело с невероятным воодушевлением и неиссякаемой энергичностью.

Каждый корж получался идеальным, словно я вкладывала в них всю свою боль и обиду, превращая негатив в нечто прекрасное. Мои торты стали еще более изысканными, а украшения — более утонченными. Клиенты отмечали, что вкус стал глубже, насыщеннее, будто в каждое изделие добавилась особая изюминка.

В кондитерской царила особая атмосфера. Аромат ванили и карамели наполнял пространство, заглушая тяжелые мысли. За окном проносилась жизнь, а здесь, в моем маленьком мире, все было под контролем. Я создавала шедевры, которые приносили радость другим, и это давало мне силы двигаться дальше.