Книга Прошла любовь?, страница 8 – Галина Осень

Что касается Ромки… Парень вырос. Ростом почти с него, Тимофея и в плечах не подкачал. Самбо занимается с успехом. Однако ещё год-другой и сын отделится. Уедет учиться, потом работа. Карьера. Короче, отец ему уже не так и нужен. Конечно, Тимофей будет помогать столько, сколько потребуется. Но из-за сына оставаться в надоевшем браке — увольте!

Прервав размышления, искоса взглянул на любовницу. Притихла. Ждёт его действий. Надо бы дать хорошую вздрючку за самодеятельность с эсэмэс. На миг Тимофею показалось, что он сделал неверный выбор, ошибся.

Но женщина облизнула призывно губы, изогнулась в приглашающем жесте, и он подумал, что менять что-то уже поздно. Все слова сказаны. Все решения приняты. Резко взял старт, и машина рванула за город.

Он не заметил, как Ксения облегчённо выдохнула и откинулась на спинку сиденья. До последнего момента она боялась, что Тимофей вышвырнет её из машины за этот финт с посланием. Но обошлось! Видимо, он даже не вспомнил об этом после разговора с женой.

— Интересно, до чего они договорились? — тихо мыркнула про себя.

— Что? — повернулся к ней Тимофей.

— Нет, ничего. Это я так, думаю о завтрашнем дне. Ведь завтра у нас партнёры из Казахстана.

— А, да, — равнодушно бросил Тимофей, как будто не он сам убил предыдущие пару месяцев на организацию этой встречи. А теперь она ему на фиг не нужна.

«Всё-таки не так проста, эта бывшая жена», — ещё раз убедилась Ксения, глядя на загрузившегося любовника.

Утро воскресенья вышло более бурным, чем обычно. Из-за Маринки. Она вообще по натуре шумная громкая подвижная и всегда вносит лёгкую суматоху своим присутствием. Но Маша к ней привыкла. С детства вместе. Выросли в одном дворе, в одной школе учились, за одной партой сидели.

Маша, как обычно, встала рано, несмотря на бессонную слезливую ночь. Собралась напечь блинов. Привела себя в порядок, но припухшие заплаканные глаза так просто не уберёшь и тёмные очки дома не наденешь. Однако она надеялась, что Ромка встанет позже, и Маша успеет оклематься.

Но хрен-то там! Как всегда наоборот. Это в рабочие дни, когда опаздываешь на работу, разбудить и собрать сына — проблема. А в выходные — пожалуйста! — подскакивает сам без всякого будильника. Заявился на кухню чуть ли не с первым блином и теперь нетерпеливо ёрзал на стуле, дожидаясь хотя бы десятка. Он любил есть блины с горки, когда их много, макая в мёд или сметану. Сегодня выбрал сметану.

— Мам, а ты чё, не выспалась? Какая-то вся поникшая, — всё же не вытерпел и запихал первый блин в рот, из-за чего фраза получилась скомканной.

— Да так, мысли всякие, вот и не спалось.

— Угу… а отец не звонил?

Это «отец» опять задело Машу. Неужели Ромка перестал уважать Тимофея? Это было бы плохо. Потому что как бы там ни было, но Тим много сделал для сына и был для него авторитетом. Достаточно сказать, что на родительские собрания в школу ходил именно Тимофей. Маша там бывала редко. В секцию сына тоже отвёл Тим. Они со свёкром и курировали эту часть жизни Ромы. Правда, дед — Илья Тимофеевич, не пропускал ни одной тренировки и ни одних соревнований. Очень гордился внуком и частенько повторял:

— Самбо — это наше русское изобретение! Это вам не хухры-мухры всякие, типа айкидо, тхэквандо.

Насмерть стоял в любом споре, что хороший самбист влёгкую уделает любого мастера азиатских боёв. И пока ещё ни одного спора не проиграл.