Книга Шейх. Запретные чувства, страница 35 – Ирина Чардымова

— Но как же ваш отец, что он скажет, когда узнает⁈ — она сложила руки на груди.

— Да я думаю, что отец уже давно принял это веяние в нашей семье. И для него жёны мои братьев и их страна уже давно стала не чужой. — Пришёл к выводу я.

Мой отец был таким человеком, что если ему что-то не нравится, он никогда не будет делать это. Он не поддастся ни на чьи уговоры, и не станет делать никому, чтобы угодить.

Поэтому то, что он снова уехал теперь уже с Дамиром и его семьёй, говорило только о том, что отец принял и Ксению и Оливию.

— А эта девушка? Она вас любит? — зачем-то спросила Нурания.

— Думаю да. — Ответил я. — Но Дарина прекрасно понимает, что мы не можем быть вместе.

— Господин, мне вам признаться нужно кое в чём. — Неожиданно заявила она. — Я так виновата перед вами.

Дарина

Москва встретила меня холодно дождливой погодой. И хотя на календаре был конец ноября, лило, так как будто на улице ранняя осень. И я такая загорелая совсем не вписывалась в эту пасмурную дождливую погоду.

Но в одном мы были с ней схожи, мне, так же как и ей хотелось плакать, причём такими же проливными слезами.

Ну, ничего, главное я дома, скоро я устроюсь на новую работу и забуду о Тагире. А хотя…

Как я о нём забуду, если буду работать в фирме его брата? Но и отказаться я сейчас не могу, так как мне нужна эта работа, чтобы платить ипотеку, а иначе банк заберёт мою квартиру. А мне всего пять лет осталось платить.

— Дарина!! — услышала я знакомый женский голос, и он принадлежал моей подруге.

Повернувшись, я увидела Настёну среди встречающих. Она стояла среди толпы и махала мне рукой.

— Настёна! — помахала я ей в ответ и быстрым шагом пошла ей навстречу.

— Господи, живая! — чуть не плача произнесла она, а потом крепко обняла меня. — Как же я испугалась за тебя.

— Всё хорошо, я уже дома. — Успокоила я мою взволнованную подружку.

— Ну и козёл же твой Шахов! — обругала она моего босса, когда мы ехали с ней в такси. — Это надо же было тебя одну в чужой стране оставить!

— Ну, видимо он, таким образом, хотел мне отомстить за отказ в интиме. — Пришла к выводу я. — Он же не думал, что у меня ещё и деньги с документами украдут.

— Не знаю, по мне, так это сам всё и подстроил, ну или заплатил кому. — Предположила подруга. — Твой шейх тебе не сказал, кто лишил тебя документов.

— Нет, не сказал. — Ответила я.

И едва мы заговорили о Тагире, как мне стало невыносимо тоскливо.

— А что это у нас глазки заблестели? — тут же заметила она мою смену настроения.

— Ничего, всё нормально. — Отмахнулась я.

— Нормально? — не унималась подруга. — Ты себя со стороны-то видела? Нормально!

— Настён, давай потом поговорим. — Я показала взглядом на таксиста.

— Хорошо, дома поговорим. — Уверенно ответила она. — И ты даже не надейся ускользнуть от этого разговора.

— Да от тебя разве ускользнёшь. — Улыбнулась я подруге. — А как там моя крестница?

— Тебя ждёт не дождётся. Я как ей сказала, что ты домой едешь, так её радости предела не было. — Рассказала мне подруга. — Она так скучала по тебе.

— Я тоже по вам очень скучала. — Призналась ей я.

Тагир

Признание Нурании насторожило меня. В чём она хочет мне признаться? И почему она решила признаться в этом чём-то именно в тот момент, когда речь зашла о Дарине.