Книга Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю?, страница 118 – Аелла Мэл

Затем он подозвал Амиру и представил её всем. И про меня не забыл, назвав «тётей Айнурой». Амиру мгновенно приняли в круг — она же дочь «дядя Марата». Её тут же увлекли игрой. И тут к нам подошли женщины.

— Здравствуй, брат, — поздоровались они с мягкими, искренними улыбками.

Брат? Я невольно удивлённо взглянула на Марата. Такого поворота я точно не ожидала.

— Как у вас дела? — спросил он.

— Всё хорошо. Татьяна обо всём позаботилась, — ответила одна, оглядев остальных. — Мы обдумали твоё предложение, и двое из нас согласны. Остальные пока думают.

— Никто никого не торопит. Принимайте решение, хорошенько всё взвесив. Если здесь не хотите оставаться, я постараюсь найти вам работу в той сфере, которая вам интересна. Анна, — он обратился к самой юной, хрупкой девушке с большими испуганными глазами. — Муж больше не звонил?

— Он пока не потратит всё, что у него есть, не свяжется со мной, — грустно усмехнулась она. — Я боюсь, он опять может заявиться сюда. Мы приносим столько проблем…

— Я уже сказал, чтобы вы не думали об этом. Я разберусь. Ещё пару дней, и у вас будет круглосуточная охрана. Потерпите немного.

— Хорошо, брат, — улыбнулись женщины, и их взгляды снова перешли на меня. — Спасибо вашему мужу. Приятно с вами познакомиться. Будем рады, если будете заходить к нам почаще. Брат много говорит о вас.

— Лена! — прищурился Марат и пригрозил пальцем той, что говорила. — Идём, Айнуш.

Кивнув женщинам, я последовала за ним, чувствуя лёгкое головокружение от всего увиденного и услышанного. Где я оказалась? Какое-то убежище? Приют?

— Сначала осмотрись, потом отвечу на все твои вопросы, — сказал он, идя рядом. Его плечо почти касалось моего. — Сейчас с Таней поговорим, разберём срочный вопрос, и я весь в твоём распоряжении.

— Марат! — Татьяна воскликнула недовольно, как только мы вошли в небольшой кабинет с рабочим столом. — Ну наконец-то! Потом поболтаешь со своими «сёстрами».

— Рассказывай, — кивнул он, присев на диван и жестом приглашая меня сесть рядом.

— Эм, а… — Татьяна бросила на меня многозначительный взгляд. Намекала, что я лишняя? Меня задело её панибратское, почти фамильярное обращение с Маратом в моём присутствии.

— Она своя. Говори при ней, — отрезал Марат, и в его голосе не было места для обсуждений.

Своя. От этого простого слова что-то ёкнуло внутри. Он не боялся обсуждать свои дела при мне. Почему от этого стало так… спокойно и в то же время тревожно?

— О… Окей, — пожала она плечами. — В общем, девчонка. Двадцать лет. В полном ступоре, без эмоций. Всё, что она мне сказала, — что её парень надругался над ней. Встречались два месяца, близости ещё не было, а вчера тот напился и… вот. Она сирота. Понятия не имела, куда идти. Шла просто куда глаза глядят. Я вышла утром за свежими булочками для детей и встретила её возле метро. Привела сюда. Сейчас с ней разговаривает Кристина. У нас впервые такая тяжёлая ситуация, поэтому я не знаю, что делать!

— Во-первых, успокойся, — голос Марата был ровным, но в нём чувствовалась сталь. — Ты правильно сделала, что привела её сюда. Именно для помощи в таких ситуациях я и открыл этот центр. Дождёмся специалиста и решим, как действовать дальше.

Они что-то ещё обсуждали — процедуры, безопасность, документы, — а я сидела, оглушённая. Мой мозг отказывался соединять воедино два образа: Марата-насильника, чудовища из моего прошлого, и Марата-защитника, основателя центра помощи женщинам, над которыми надругались. Это не укладывалось. Не могло укладываться.