Книга Бывшие. Ненавижу. Боюсь. Люблю?, страница 133 – Аелла Мэл

Дверь распахнулась.

На пороге стоял брат Селим. Сначала с улыбкой, радостно, но увидев наши лица, он насторожился, прищурился.

— О, а вы как тут? — голос его звучал приветливо, но взгляд уже скользил по нам, оценивая. — Почему не предупредили? Мы бы хоть подготовились.

Марат отпустил меня, шагнул в дом, не оглядываясь. Я, сжав кулаки до боли в ладонях, вошла следом. Обняла брата на автомате, чмокнула в щёку. Селим обнял меня в ответ, но я чувствовала его напряжение.

— Добрый вечер, — голос Марата прозвучал неестественно громко в уютной тишине дома.

В гостиной собрались все. Мама всплеснула руками. Папа отложил газету. Брат Муслим и его жена сидели на диване. А в креслах у окна расположились мать Марата, тетя Тамила, и Залина. Все взгляды обратились к нам.

— Какой приятный сюрприз! — заулыбалась мама. — Предупредили бы хоть, я бы пирогов напекла. Амира где? С вами?

— Амира с подругой, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Завтра приедет.

— Ну проходите, проходите, чего в дверях стоите? — махнула рукой мама.

Марат стоял не двигаясь. Я видела, как вздымается его грудь, как он делает глубокие вдохи, собираясь с духом. Все смотрели на него. Мама замерла, чувствуя неладное. Папа и подался вперёд. Брат Муслим напрягся, готовый к чему угодно.

— Я… — Марат сглотнул ком в горле, прикрыл глаза на мгновение, будто молясь или собирая последние силы.

Я шагнула к нему, взяла его за руку. Его ладонь была влажной и горячей. Он взглянул на меня, и в его глазах я увидела такую бездну боли, вины и одновременно решимости, что у меня перехватило дыхание. Я отрицательно покачала головой. Не надо. Не сейчас. Пожалуйста.

Он сбросил мою руку и вернул всё своё внимание семье. Словно почуяв неладное, брат Муслим поднялся с дивана и медленно приблизился к нам.

— Что случилось? — тихо спросил он, переводя взгляд с Марата на меня и обратно.

— Семь лет назад… — начал Марат, и его голос, такой обычно уверенный, сейчас дрожал. — После смерти сестры и отца я хотел отомстить человеку, который был причастен к их гибели. Я был не в себе, ослеплён горем и яростью. И я… украл девушку. Думал, что это сестра того человека. Но ошибся. Это была совсем другая. Та, кто не имела никакого отношения к той истории.

— Марат… — с ужасом прошептала тётя Тамила. Её глаза наполнились слезами, руки задрожали. А вот мои родные напряглись до предела. Отец побелел, мать замерла с полотенцем в руках.

— Я украл её. Провёл никах. И это была… — он сделал паузу, сглотнул, — это была Айнура.

Он только произнёс моё имя, как брат Муслим взорвался. Кулак врезался в лицо Марата с такой силой, что тот пошатнулся. Я вскрикнула, закрыв рот рукой. Но это не остановило брата — наоборот, он только разошёлся. Удар за ударом, безжалостно. Селим, мгновенно оценив ситуацию, присоединился к нему.

— Подонок! — орали братья, нанося удары по очереди. — Мерзавец! Как ты посмел после такого войти в наш дом? Ублюдок чертов!

— Брат, пожалуйста, прекратите! — я плакала, пытаясь прорваться к ним, но меня оттеснили. — Хватит!

На мои слова никто не реагировал. Ярость застилала им глаза.

— Отойди! — рявкнул Муслим, даже не глядя в мою сторону. Жена Муслима, подскочила ко мне и крепко обняла, удерживая. Я вырывалась, билась в её руках, но она не отпускала. Лицо Марата уже было залито кровью, а братья всё не прекращали. Били в корпус, в живот, снова по лицу. Он не сопротивлялся. Просто принимал удары, сжав зубы.