Книга Не его дочь. Новая жизнь после измены, страница 46 – Валерия Даль

— Что такое, моя хорошая? – поворачиваюсь к ней.

— Он и правда волшебник, – шепчет она. – У него монетка… фух, – возбуждённо размахивает дочка руками. – И нет.

Тогда он скорее не волшебник, а фокусник. Интересно, много ли фокусов припасено у него в рукаве? Киваю малышке, ещё больше заряжаясь позитивом, а она убегает обратно. Кажется, у Артема появилась поклонница. А смех из гостиной просто услада для моих ушей. Хочу каждый день быть такой окрылённой, только впереди ещё много всего, что потреплет нервы. Но, как правильно заметил Алексей Борисович, надо это превратить в силу.

Накрываю на стол, даже заморачиваюсь на сервировке – у нас же гость, хотя когда готовила, то даже не задумывалась об этом. Как будто Артем каждый день у нас бывает.

— Ты сегодня прямо в ударе, дочка, – целует меня в висок папа, когда я всех приглашаю за стол.

— Мамочка самая лучшая, – подхватывает Алиса, тоже вытягивает губки, чтобы поцеловать меня, и я, наклонившись, получаю звонкий чмок в щеку.

— Могу сказать, что выглядит все красиво, – и Артем не отстает в хвалебных отзывах.

— Надо и попробовать, – отец потирает руки.

Вот здесь и сейчас я чувствую себя по-настоящему дома. Со мной рядом Алиса, папа… И наш гость неприязни не вызывает. Я полностью расслаблена за непринуждённой беседой. Отец рассказывает медицинские байки, я вспоминаю пару курьёзных случаев со свадеб. Бусинка моя тоже иногда вставляет пару реплик про садик, но ей больше нравится сама атмосфера. Артем говорит мало, в основном комментирует наши истории, но чувствует себя точно не напряжённо.

Наверное, это один самых лучших ужинов за последнее время. Алиса, правда, пресытившись событиями сегодняшнего дня, прямо за столом начинает клевать носом и зевать. И глазки уже такие соловьиные-соловьиные.

— Иди-ка сюда, моя крошка, – опережает меня отец и берет ее на руки.

— Мне тоже пора ехать, – следом за ним поднимается Артем. – Спасибо, давно я так приятно не проводил время.

Они с отцом недолго препираются на тему того, что можно было бы ещё ненадолго остаться.

— Проводи, Злата, гостя, – наконец сдается папа и, попрощавшись, идёт к лестнице, а мы с Артёмом на улицу.

На крыльце я вдыхаю запах летнего вечера с примесью уже знакомой мне туалетной воды и беспричинно улыбаюсь. Хорошо. Так легко сегодня.

— Вот от такой тебя даже взгляд отводить не хочется, – говорит Артем и действительно смотрит на меня как-то… Не знаю как.

— От какой? – не понимаю и в который раз за день смеюсь, кажется, я столько не смеялась за последний год, как сегодня. – В домашней одежде, с пучком на голове?

— Счастливой, – поясняет Артем, но его следующий вопрос звучит как удар под дых: – Ты так до сих пор любишь мужа или это женская обида?

О чем он? Улыбка слетает с моего лица, и я опять ни черта не понимаю.

— Что ты имеешь в виду? – получается резко, потому что волна протеста поднимается изнутри и готова выплеснуться наружу.

— Это же была его любовница, – уверенно произносит Артем, и я киваю. – И ты разговаривала с ней так, будто ревнуешь.

— Вот ты о чем! – в порыве беру этого знатока женской ревности, и мы начинаем спуск с крыльца. – Да плевать мне на них. А нечего, – решаю пошутить. – Мужа увела, ещё и на любовника позарилась.

Артем усмехается. Оценил. Когда мы доходим до его машины и я отпускаю его руку, он чуть наклоняется ко мне.