Книга Няня для дочери тирана. Стань моей мамой, страница 55 – Валерия Даль

— Меня твои бабы не интересуют, – Софья вскидывает брови.

Неужели я так попал впросак? Черт, неуютное какое-то ощущение. Да уж, на каждого мудреца довольно простоты.

— Тогда что? – склоняю голову набок, стараясь не выдать своих эмоций.

— Что с рукой? Болит? – указывает Софья как раз на то плечо, которое… удивительно меньше стало ныть.

Всё-таки гормоны самое лучшее обезболивающее. Вчерашний источник гормонов появился рядом – меньше боли.

Он серьезно считал, что я буду спрашивать о какой-то там Ксении? Вот ещё! Много чести.

Но изменения в Михаиле я заметила сразу. В движениях, в мимике. Хоть он и умеет держать эмоции под контролем, но при боли мелкие изменения непроизвольны. И скованность в руке. Вот и спросила.

Михаил удивляется моему вопросу, машинально тянется к плечу.

— Какая внимательность, – замечает, кивая.

Вот не мог ответить просто «да« или «нет», надо обязательно ввернуть какую-нибудь фразочку.

— Издержки профессии, – пожимаю плечами, никак не реагируя.

Кажется, после вчерашней перепалки и… хм, не только я ещё не восстановила силы. Мне бы хоть чашечку кофе для начала.

— Ты все ещё в поисках работы? – Михаил заводит обычный диалог, почти как нормальный человек, когда мы идём на кухню.

— Все ещё да, – отвечаю.

А на языке так и вертится: «А что, снова хочешь предложить мне работать няней?»

Но всё-таки сил хватает только мысленно съязвить. Не выспалась, но и спать не могла. Какой когнитивный диссонанс. Решила спуститься, а Михаил уже внизу. И я же не слышала, как он прошел. Всё-таки о шумоизоляции он хорошо позаботился.

— Точно не хочешь, чтобы я поговорил со своим знакомым? – Михаил вполне доброжелателен, в его голосе нет высокомерных ноток или чего-то подобного.

Обычная утренняя беседа. О вчерашнем не вспоминаем, да и бог с ним. Я, признаться, немного остыла. Не стоит, наверное, винить человека за то, что его взгляды расходятся с моими. Он считает, что прав. И пусть… Ведь, уверена, даже Гитлер сам себя злодеем не считал. У всех просто разное мировоззрение, разные ценности и принципы.

— Я не люблю… по протекции, – честно говорю, наблюдая, как Михаил сам, несмотря на боль в руке, занимается кофе. – Рано или поздно все равно какие-то слухи пойдут, это же офис.

Сейчас мне кажется, что боль Михаила стала меньше. Двигает он рукой более уверенно, но все ещё с осторожностью.

— Никто не узнает, если ты сама не скажешь, – Михаил разливает кофе и ставит сначала одну чашку на стол, потом возвращается за второй.

— Так что с рукой? – даже с нотками беспокойства интересуюсь я, раз уж у нас завязалась такая милая беседа.

— Старая травма, иногда беспокоит.

Вот прямо удивительное утро. Будто за ночь нас подменили. Будто вчерашнего разговора и не было. А может, мы за ночь пришли к одним и тем же выводам, вот и ведём себя как нормальные люди, принимая других людей со всеми их качествами.

— Расскажешь?

— В другой раз, – обещает Михаил. – Мне пора ехать, и я хотел попросить…

Попросить? Не приказать, не заплатить за услугу, а попросить. Это даже становится интересным.

— О чем же? – поторапливаю я.

— Побудь сегодня с Машей, – говорит он. – Если у тебя, конечно, есть какие-то дела, то скоро придет Люся, а позже и Алла Ивановна.

Это ведь простая просьба. Да и Машка будет рада больше мне, чем Алле. Михаил же не нанимает меня няней на один день, денег не предлагает, а просит.