Онлайн книга «Создатель злодейки. Том 1»
|
Однако, не считая этого, открыто на мою жизнь Вернер не покушался. А значит, поспешные действия могли обернуться катастрофой. «Да и вообще, разве можно просто взять и убить главного героя только потому, что хочется? Даже то, что я веду себя не как злодейка, грозит запуском новой петли. Если уничтожу наследного принца, то мир может остановиться». Хотя… узнать это наверняка можно только на практике. Если я убью Вернера, то устраню главную причину всех будущих бед. Попроси я об этом Киллиана, он, пожалуй, сумел бы избавиться от него, не оставив ни следа. «Нет, ну как-никак, он главный герой. Так просто он не сдастся». Я, словно страдая раздвоением личности, вновь и вновь возвращалась к одним и тем же мыслям. Видимо, его апокалиптическое признание стало для меня слишком сильным ударом, иначе откуда взялись бы эти непривычные вспышки ярости? Но кое-что было страшнее: если цикл запустится вновь, мне придется выслушать это еще раз. «Опять пережить этот стыд?..» Нет. Я не вынесу. Побледнев, я впервые за все время стала отчаянно молиться, чтобы цикл не повторился. Так как же поступала Айла в этой сцене? Кажется, она, услышав выступление Вернера, молча развернулась и выбежала из зала. А затем, бурча себе под нос: «Я это так не оставлю!» – по сути, объявила читателю о своем будущем злодеянии. Шарлотта, оставшаяся в зале, принимала поздравления под аплодисменты и взгляды всех присутствующих. Некоторые аристократы, хоть и не были в восторге, все же думали: «Ну, если это леди Лилия, то почему бы и нет…» Но… «Должны бы думать… должны…» Я с удивлением огляделась вокруг. Первоначально, как автор романа «Леди Лилия», я присвоила присутствующим на балу вот такие слова: «Никто не осмелится отвергнуть нашу очаровательную леди Шарлотту, пусть она всего лишь и дочь барона! Поднимем же бокалы за их любовь и за процветание империи!» Именно так это должно было выглядеть. Но сейчас реакция дворян оказалась на удивление вялой, как будто радости они испытывали не так много. Более того, некоторые даже бросали в мою сторону странные взгляды… «Что это? Они меня жалеют? Что за бред? Они ведь должны поголовно смеяться надо мной и злорадствовать!» Может, внимание, которое раньше полагалось одной лишь Шарлотте, теперь частично досталось и мне? Да, похоже, так и есть. После того случая Шарлотта должна была стать центром общества, настоящей «Белой Лилией», но этого не случилось. Все потому, что сама принцесса Корделия неожиданно проявила интерес к моему платью. И сочувствовали мне не только дворяне. Сама Шарлотта посмотрела на меня с жалостью, печально опустив брови. В ее глазах даже блестели слезы. Это было совершенно не то выражение лица, с которым она здоровалась со мной в прошлый раз. Видимо, она лишь сейчас узнала о том, что Айла отчаянно вцепилась в Вернера. «Никогда прежде ее святое сострадание не казалось мне таким отвратительным…» Объясни мне, почему ты так уверена, что я должна быть ранена этой «признательной» ахинеей, от которой даже вечная любовь остынет? Если вы с Вернером так без ума друг от друга, то и клянитесь в любви сколько влезет. Зачем же тогда смотреть на меня с такой жалостью, будто я приговорена к страданиям? Один объявляет войну, другая жалеет. Готова принять вашу жалость деньгами. |