Книга Создатель злодейки. Том 1, страница 83 – Sol Leesu

Праздник урожая.

Если бы это был просто небольшой бал, то для входа хватило бы приглашения и моего имени. Но на таком официальном торжестве, посвященном памятной дате, обязательным было и наличие партнера.

Я не помнила, кого в романе Айла брала с собой в качестве спутника, подобные детали я, вероятно, опускала. Однако я сама до сих пор ни с кем не сблизилась, а значит, мой партнер не мог быть известен заранее.

Так что эта роль досталась Киллиану. Кем бы он ни являлся на самом деле, он все же был вторым сыном графского дома Агейт, а значит, имел полное право сопровождать меня на бал даже без приглашения.

— Леди Мертензия. Ваша личность подтверждена. Рад снова вас видеть, – кивнул мне в знак признания слуга, проверяющий список перед главным входом дворца, когда я вручила ему приглашение.

Конечно, ни о какой радости речи не шло. Напряженная челюсть и дергающийся глаз ясно говорили: «Ты так долго не появлялась, в это время мы жили спокойно. Зачем же ты снова здесь?»

Он был предельно осторожен.

Неудивительно, что от одного моего вида его передергивало, ведь Айла, без памяти влюбленная в наследного принца, наверняка постоянно слонялась по дворцу и устраивала переполох.

— Имя вашего спутника?

Он не сводил глаз с бумаги, будто хотел как можно скорее избавиться от меня.

— Себастиан Агейт, второй сын графа Агейт.

— Себастиан Агейт… – пробормотал он, а затем поднял удивленное лицо. – Впервые слышу это имя. И второй сын? Насколько я знаю, у графа лишь один наследник.

Взгляд слуги стал острым и подозрительным, он прищурился, точно пытался рассмотреть обман. Он попытался взмахнуть рукой, словно собираясь позвать гвардейцев, но не успел: Киллиан уже перехватил его запястье и встретился с ним взглядом.

— Тс-с, не спеши.

Такие пронзительные еще мгновение назад глаза слуги внезапно потускнели, а Киллиан, понизив голос, мягко прошептал:

— Скажем так: раньше я был дальним родственником, но недавно стал приемным сыном.

Разве это не слишком очевидная чушь? В доме, где и так есть наследник, вдруг появляется взрослый приемный сын – кто бы в это поверил?

— А… вот оно что.

Меня поразило столь ленивое, наскоро слепленное прикрытие, но слуга безропотно принял эту ахинею на веру и кивнул, будто все прояснилось. Эта способность Киллиана не переставала меня удивлять, сколько бы раз я ни была свидетелем ее применения.

— Так, значит, все в порядке?

— Да, личность подтверж… постойте. Если граф взял приемного сына, я бы непременно услышал об этом…

Похоже, он наконец почуял неладное: его взгляд метался, то проясняясь, то вновь становясь отрешенным. Но Киллиан и не думал обращать на это внимания и с ленивой улыбкой спросил:

— Как тебя зовут?

— Хьюберт Кингстон.

— Твое имя означает «чистое сердце».

— Так говорят.

— Вот как… и все же требовать чистоты сердца от существа, чья природа может быть только порочной, это уж слишком. – Киллиан с искренним сожалением цокнул языком и еще тише прошептал: – Что в этом толку? Дарить бесконечные желания и тут же приковывать цепями испытаний – ну не глупость ли?

— Я всю жизнь так и жил.

— Очень жаль.

— Черт… Я не мог… не мог иначе. Для такого ничтожества, как я, это предел…

Хьюберт стиснул зубы и пробормотал проклятия, будто сдерживая внезапно нахлынувшую ярость. Не знаю, что его так задело, но, казалось, он вновь переживал то время, когда от него требовали быть «чистым сердцем».