Книга Алые ленты феникса, страница 109 – Ксения О

Он тоже, видимо, был удовлетворен разговором и, пройдя к арке, раскрыл веер, изящно обмахнувшись пару раз, вошёл внутрь.

Великий князь Чжи Мин Ю

— Мы могли бы расположиться с Ри в одних покоях, — предложил князь Чжи Мин Ю, когда им сказали, что народу столько много, что участники будут жить по два человека. При этом он отметил шокированный взгляд Мао Ри, сосредоточенный на задумавшемся Дражайшем Жу.

Князю было очень интересно, почему Дражайший так оберегает Ри теперь, когда все знают, кто он, и продолжает упорно выделять его среди других учеников. Это была не ревность, он нисколько не чтил старика, скорее праздный интерес князя. Есть что-то еще? Или просто страсть к женщинам, закованным печатями.

«Неужели… великий и ужасный Жу проникся к Ри отцовской любовью?»

Дражайший все ещё молчал. И старшие ученики, распределившись по два, с интересом навострили ушки.

«Правила таковы, что он не может требовать для своего любимчика отдельную комнату. Ну и к себе взять не может, это будет просто смехотворно.»

— Хорошо, — только и сказал он, строго оглядывая Ри, продолжил лично для него: — Ри… князь — твой наставник. Тебе будет так удобнее. Не переживай, пожалуйста.

Мао Ри как будто был смущён и не хотел этого показать, но щеки все равно предательски вспыхнули. Мин Ю это не удивило, но слегка разгневало.

«Ри никогда не может сдержать своих эмоций. Зря я так любопытствовал. Сам создал себе неудобство! Или веселье?!»

— Проходите, уважаемый, я вас провожу, — увел Дражайшего распределитель, почти не поднимаясь при этом с поклона.

Князь смерил насмешливым взглядом Ри и решил ещё подшутить над ней при всех:

— Ну что, пойдём? — спросил он почти нежно. Взгляд его, при этом полный очарования, мог бы толпу девиц уложить к его ногам прямо тут и немедленно.

И правда, адептки Третьего Неба, прибывшие как зрители, стоявшие совсем близко, попались и зашептались, словно птички весной, бросая лукавые взгляды на князя. Обстановка оживилась, как будто жасмин расцвел в пустоши. Всё больше народу обращало на продолжавшего колебаться Мао Ри. Все видели, как мальчишка насторожено смотрел на него своими желтыми глазами, и всё больше горели его щеки. То ли от стыда, то ли от возмущения. Воздух раскалился докрасна, и вот-вот должен был разгореться пожар.

Как белый веер с пенными прозрачными волнами, искусно выполненные художником, щёлкнул и распахнулся, как крыло белого аиста, между ними. Свежий морской бриз рассек пространство, и горячий морок князя остыл до лёгкой прохлады.Завороженные духи отмерли, всё ещё испытывая лёгкое возбужденное головокружение.Князь не был недоволен, скорее приятно удивлен, смотря на по-юному прекрасного мужчину в летящих белых одеждах.

— Сюй Яньши! Неужели в мире смертных совсем закончились невинные цветы, и ты решил порадовать отца победой в турнире? — без приветствия заявил он.

Мужчина, белый как снег, нахмурил свои темные брови, стал казаться ещё более миленьким.

— Что ты! Разве есть тут равные мне духи?

— Ах-ха! Ни разу не видел тебя в деле, как и все Семь небес, могу поклясться! Думал, хоть сейчас застану перед скорой кончиной. Но, видимо, ты так и не вырос до уровня турнира, — совсем забыл про Ри смеялся от души Мин Ю, а она во все глаза смотрела на него такого.