Книга На ветру твоих желаний, страница 27 – Ксения О

— Громада гор тебе видна, перед моим печальным взглядом лишь одна стена.

А будь я, словно башня дома твоего,

так же высок, — следил бы я, как ты уходишь на восток.

Лео Сюань ответил, не сильно долго думая. Его приятный лирический баритон звучал неподражаемо. У меня прямо коленки задрожали:

— Тебе сопутствует вечерний ветерок,

а мне в холодной и пустой темнице

под посверк нескончаемой зарницы поверь совсем не спится.

Дождь стих, но все еще влажны мои глазницы.*

* Обе части поэт Вань Аньши

Я прямо дар речи потеряла.

«Третий завидует демону? Почему? Почему Сюань сравнивает свой дом с темницей?» — Сотни вопросов одновременно завалились в мою голову, и видимо, это отразилось на моем лице, раз учитель заметил меня и позвал.

— Бей Вей, прошу и вас. На сколько я осведомлен, вы не из знатных, но весьма умны. Хотел бы услышать, может, новые веяния?

«Кто же сказал ему такую глупость, что я умна?»

Взгляд невольно упал на Лео Сюаня он просто сиял.

«Кто стало понятно.»

— На какую же тему вы хотите услышать поэзию? — спросила я, намеренно пытаясь оттянуть момент.

— Давайте на тему жертвенности.

Я впала в ступор. Из жертвенного мне ничего не вспоминалось.

— Я, признаюсь, не учил стихов, но я могу сейчас же сочинить для вас.

Брови учителя поползли вверх.

— Мне не нужно много времени, буквально пару минут, — успокоила его я.

— Хорошо, — сказал он, и пока продолжил вести лекцию.

«Ну зачем я пришла!» — достала блокнот и крепко задумалась. Когда время истекло, поэтический профессор с энтузиазмом опять обратился ко мне.

— Про кого же вы сочинили поэзию?

— Про бога войны! — ответила я бойко, — Его скульптура стоит на возвышении у храма и смотрит печально на город.

Учитель был весьма доволен. Но будет ли он доволен моими стихами? Они на самом деле были по нынешним меркам довольно просты.

— Хорошо, хорошо.

Встала, выдержав паузу, пока все стихли в полной тишине. Мой прекрасный голос не подвел. Я исполнила с придыханием то, что пришло в мою голову за две минуты. А пришло в нее нечто в стиле Владимира Маяковского:

Когда тучи покинут гору.

И не будет для взора преград.

Я признаюсь, что стал героем.

Классических триад.

На холсте. Обнаженный кистью.

Я смотрю на тебя из кустов.

Мои подвиги за столетия.

Все истлели до пары слов.

Я не Бог. И я не был Богом.

Моя нравственность не сложна.

Я ища пред собой дорогу.

Не заметил, как выпит до дна!

Я осмотрела тронутых моими стихами слушателей. Учитель смотрел на меня с ужасом. Лео Сюань с трудом сдерживал смех. Он буквально закрыл рот рукой и слегка трясся. Третий принц, напротив, с некой озабоченностью во взгляде.

«Где же я опозорилась?»

— Бей, Вей! Ты… ты… — разбухал, и без того пухлый учитель поэзии. Я совершенно не понимала его возмущения.

— Вееэй! — он уже орал заикаясь, — Как ты можешь поорочиить честь бога воййны, иди и получи наказзание!

«Что еще за наказзание?» — это звучало не очень хорошо. Каждое наказание в этом мире могло кончиться банально — казнью. Ещё каким нибудь изощренным способом.

— А мне показалось. Весьма и весьма неплохо звучит. — вдруг раздался голос ректора. Я слегка выдохнула. Он был все таки главнее всех в академии и ему понравилось.

— Вей, ты где этого набрался таких познаний про бога войны? — спросил так просто глава.