Книга Грешник, страница 120 – Ксения О

Беспомощная, такая беззащитная, словно он схватил слабого молодого духа, ради забавы.

Юй Лун не ожидал, что все будет так просто, так банально просто. Змей не мог ему противостоять, но он сам готовился, чуть ли не на смерть биться с Богиней, не знал точно поможет ли один из самых ценных артефактов империи против ее силы. Его сердце сжалось, когда она полураздетая выбежала и вода хлестнула ее, по сонному лицу. Он смотрел с той стороны тьмы, как она стирает с лица капли рукавом, как смотрит своими удивлёнными лунными глазами. Он увидел страх в них, и опешил. На какую-то долю секунды решимость, наполнила взгляд Богини, но она продолжала отходить, теряя время, она не защищалась.

Его сердце все ещё пропускало удары, когда золотые цепи сжали ее хрупкое тело, он сам лично знал, как они работают, и что испытывает божество, в момент попытки применить силу. Она не продержалась и минуты, глотая воздух только и смогла, что расплескать силы в ветер. Его стражи ожидая бедствий прикрылись щитами, но не он. В тот момент он уже понял насколько она слаба. И когда подошёл она, упала перед ним на колени в последней попытке вдохнуть.

На душе его, стало так мерзко, как будто он смял бабочку которая доверчиво села на его ладонь, расправив крылья.

Он не мог произнести и слова, расслабляя ее оковы своей казавшейся огромной рукой заключённой в стальную перчатку.

Поднял ее маленькое, почти невесомое тело, осторожно, что бы не поранить темной сталью доспех.

Одновременно жалея о содеянном, и не в силах насытиться чувством обладания ею.

Мей Шан Ли осторожно шла в густом белом тумане со всех сторон ее окружал разросшийся сливовый сад. Туман влажными каплями оседал на её лицо, сверкал на тонких пальцах, скатывался с их кончиков прозрачными жемчужинами. Цветы сливы изредка касались ее мокрых щек, своими ярко-розовыми лепестками, словно дарили ей холодные влажные поцелуи, самые чистые в своей искренности.

Темное ханьфу впереди идущего ускользало, тонуло в плотном тумане, она в попытке коснуться его протянула руку, но все ее усилия были тщетны, идущий не снижал шаг и не оборачивался. Тоска разливалась наполняя грудь, мучительная и бесконечная, потеря кого-то важного для неё.

"Кто он, заставляющий ее испытывать подобное?"

Тревога не отпускала. "Это воспоминание вырванное из прошлого?"

Собрала все силы, рванулась вперёд хватая край заветного ханьфу. Нога зацепилась за ветки и она погрузилась с головой в белую мглу, хватая влажный воздух ртом, заветный кусок ткани зажат в руке. Он остановился, песчинки времени задрожали в песочных часах. Ещё чуть потянуть и она вспомнит, резкий рывок, ткань вырвали, как вырывают надежду из слабых рук умирающего.

Демонический дворец все так же равнодушно резал ночное небо своими обсидиановыми пиками.

Богиня была пристегнута к огромной кровати "цепями сковывающими богов" в главных покоях повелителя демонов. Белая нефритовая кожа на черных шелковых простынях. Ее тяжёлое дыхание, влажные волосы, испарина, второй день она была в бреду. Юй Лун спал рядом, устало уронив голову на её прикрытый простынями живот.

Эта картина казалась, такой странной и вместе с тем более завораживающей взгляд, как будто черный дракон решил оставить маленького кролика себе на завтрак, но сладкий сон смирил их на время.