Книга 50 оттенков ассистента, страница 79 – Ксения О

Ещё мгновение, и, кажется, скандалистка оседает в их руках, как оседают снежинки. Две машины трогаются друг за другом, сливаясь с темнотой. До меня как издалека доходят разговоры стоящих рядом людей. Таких далёких и чужих.

— Снег!

— Снег идёт. В прошлом году вообще не было снега.

— Смотри, как красиво.

— Да.

— Пойдем выйдем!

Кажется, все смущены, никто не говорит об этом вслух.

Я ничего не хочу и ничего не чувствую, вижу свое отражение в темном стекле. Это в зале загорается свет. Смотреть самому себе в глаза противно. Чень по-прежнему рядом с дурацким платком. Хорошо хоть молчит. По моей щеке течет настоящая слеза, я чувствую ее жар, и это смущает. Облизываю губы. Сладость жемчужного вина и соль. Этот привкус въедается в память, не отпускает меня потом ещё очень долго.

Я вздрагиваю, будто что-то резко вспомнил и опять забыл, иду и поднимаю туфельку. Долго смотрю на нее. Мне бы надо извиниться перед собравшимися, но я один в пустом зале.

Неделю спустя

Алекс

Мы сидели в весьма популярном заведении многоуважаемой столицы, недалеко от моего института.

— Катрин, ты понимаешь, насколько это все нелепо. На сколько я была глупа. Я же никогда не была дурой! Ты прекрасно это знаешь. Но почему прокололась на таком бесхитростном обмане?

Моя боевая подруга недавно вернулась из Европы, сидела буквально с открытым ртом. Я даже сопереживала, что она перетрудилась в каком-то моменте со своим пианистом. Так что, по сути, вела беседу сама с собой.

— Я, Александра Петровских, так позволила себя провести?! Это уму непостижимо. Унизить! Я бы наняла киллера, если бы это позволило стереть этот позор с моего лица. Но даже его смерть не сотрёт это пятно!

Я схватила салфетки, протирая глаза, из которых вот-вот должны были родиться слезы, но все зря. Не родились.

— Я бы убила его своими руками, но отец запретил выезжать. Посмотри мое лицо, как теперь оно выглядит? Ты понимаешь, я в зеркало смотреть не могу.

Рот подруги становился все шире, и вот наконец она вынесла вердикт.

— На мой взгляд, лицо у тебя такое красивое, как и было, а вот к мозгоправу бы надо обязательно обратиться. Неминуемые последствия твоих приключений сделают из тебя в скором времени городскую сумасшедшую.

— Да я и есть сумасшедшая. Чего хотел мой отец, видеть меня такой? Немного не в себе.

— Не думаю. Я думаю, он ложно преувеличил твои грехи, — уловила мой карающий взгляд, — Его действия уже через чур, согласна. Но вдруг он не специально?

— Теперь не могу думать, одни эмоции переполняют меня, так что я скоро взорвусь. Отцу я уже все высказала! Клятвенно обещал больше не лезть в мою жизнь, но что-то я сомневаюсь.

— Ты бы, может, чаю выпила с ромашкой?

— Да я вчера скрипку так пилила, что струна порвалась. Думала, без глаза останусь. Смотри.

— И правда, — она осматривала красный след у окончания брови, — Ты будь поосторожнее. Хотя с одним глазом будешь выглядеть куда более устрашающе. Пират Восточно-Китайского моря. Когда Фэн выйдет порыбачить. Сможешь захватить его судёнышко и потопить его. Громко хохоча и отхлебывая ром.

Мне было не до юмора.

— Да какое уж там осторожнее. Я хочу взять этими руками что-нибудь крепкое и затянуть у него на шее. Но в то же время я этого совсем не хочу. Вот как это понимать?!