Книга Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка, страница 46 – Нина Новак

А резерв придется очищать. Вырезать пораженные ткани. Это хирургическая операция – сложная и опасная. В Драполисе таких не делают. Драконы считают, что резерв чисто магическая “священная” материя, которую нельзя трогать.

Но я в больнице св. Космы наблюдала за больными и много читала.

Резерв – это орган, как ни крути.

Операция потребует вскрытия грудной клетки. Нужно будет добраться до резерва, не повредив сердце, легкие, крупные сосуды.

Потом – сшить его магией. Это ювелирная работа и ассистировать хирургу смогу лишь я, потому что…

Ох, в больнице св. Космы пришло понимание, что резерв видят не все. А я вот вижу, возможно, благодаря фамильному дару.

После нам понадобится запустить циркуляцию магии, “перезагрузив” резерв, чтобы он снова стал восполняться сам.

Я закрываю глаза и начинаю вливать свою магию в стазис, укрепляя его стенки. Я не просто замораживаю тело генерала, а буквально наваливаюсь всей своей силой на бьющегося в клетке зверя.

Лишь бы справиться.

— Ну же... – шепчу я хрипло. – Спи. Я не враг. Я пришла забрать твою боль.

Сопротивление тает. Стазис постепенно из тонкой вуали превращается в тяжелую плиту, но усмирить дракона Марко получается только так.

Нэнси встревоженно наблюдает за мной, а я уже еле держусь на ногах. Виски покрываются капельками пота.

— Пойдемте, включим всю защиту, что у нас есть, – слабо улыбаюсь ей. Во рту сухо.

Мы обходим дом и, читая инструкции из папки, я нахожу все встроенные в стены артефакты. Кручу камни определенным образом, поднимая вокруг особняка магическую стену.

— Дракон так неожиданно заявился, – оправдывается Нэнси. – Мы привыкли, что он хозяйничал тут годами, вот и не посмела я его прогнать.

— Ничего страшного, Нэнси.

— Вы будете обедать?

— Принесите мне еду в комнату, – прошу я.

Оказавшись в спальне, я в первую очередь расстегиваю платье и становлюсь перед зеркалом. И тут же вскрикиваю, но уже не от боли, а от удивления.

Что это такое на моем плече, Боги?!

По моему плечу расползается паутина – тонкие “ниточки” светятся морозным серебром под кожей.

Это нечто чужеродное и оно именно внутри.

В первый момент я ощущаю панику, поскольку совершенно не понимаю, что со мной приключилось. Неужели я какую-то магическую болезнь подцепила, Боги?

Осторожно дотрагиваюсь пальцами до странной паутинки, а она рассыпается и начинает складываться в узор. И это уже не паутинка, а побеги какого-то растения, живущего под моей кожей и рвущегося наружу.

Самое страшное, что я не представляю, как быть. Я беспомощна. Спасаю жизни, а себе помочь не могу.

А потом вдруг жжение достигает пика и я, зашипев, упираюсь ладонью в раму зеркала. Дышу, чтобы привыкнуть к боли. Чуть придя в себя, добираюсь до постели и падаю на перину.

Затихаю, свернувшись клубком. Инстинктивно прижимаю руку к животу, а в висках колотит словно молотами. По спине ползет холодный пот.

Нет, нет, Лиза. Стоп! Хватит тут умирать! Думай, черт побери!

И я думаю. Но выводы, что приходят на ум, мне ох как не нравятся.

Эти побеги, это сияние… Без сомнения, на моем плече проступила метка истинности, но что-то не дает ей выхода.

А затем меня озаряет страшная догадка. Шафар поставил свое клеймо прямо на метку истинности!

Он убил Лу. А у генерала… у него тоже была метка, ведь так? На шее. А сейчас там незаживающий шрам.