Книга Бывшая жена дракона. Целительница-попаданка, страница 52 – Нина Новак

— Это возможно? – я в том доме не жила, так как очнулась прямо на свадьбе, но воспоминания Лу сохранились.

Я помню сундучок с книжками, тетрадями, разными мелкими безделушками.

— Конечно, возможно. Мой коллега в Драполисе всем займется.

— Надеюсь, не господин Сократис? – резковато спрашиваю я.

— Нет, нет, миледи. Это надежный человек, мой деловой партнер.

— Мне нужны документы и книги из дома родителей, а также все, что находится в моей комнате. Особенно деревянный расписной сундучок с серебряным замочком.

Я задумываюсь на секунду, а затем спрашиваю:

— Скажите, что вам известно о смерти моих родителей? Иногда мне кажется, что их убили.

— Нет, нет. Они погибли от вируса, – качает головой Эйрол.

— Но в драконьих городах не бывает эпидемий. Это так странно, – настаиваю я.

— Видите ли, миледи. Дело в том, что ваши родители отправились в приют на границе.

— Приют?

— Да, там к несчастью свирепствовала эпидемия… – он трет лоб рукой и выглядит очень расстроенным. – Мне жаль, миледи, но просто обстоятельства сложились крайне неудачно.

— Но что родители делали в приюте? – не понимаю я.

— Ваш отец писал мне, что разыскивает одну девочку. Ей сейчас должно быть лет пять или шесть.

— Девочку? Я не понимаю…

— Я сам не знаю, что это за ребенок и зачем он понадобился вашему приемному отцу. Приют перевели сюда… в соседнее королевство… а вот ваши родители заразились.

— Девочка жива? – выдыхаю я.

— Да, миледи. И я могу дать вам адрес приюта. Думаю, малышка все еще там. Ее зовут Эль.

Гостиная плывет. Внизу живота вдруг колет тупой, фантомной болью, будто тело помнит то, чего не помню я.

Все во мне клокочет, самые разнообразные эмоции сплетаются в яркий болезненный цветок. Я задыхаюсь от тревоги за малышку, и от ярости на Шафара.

Рассказываю стряпчему, что бывший муж заклеймил меня как корову, лишив памяти и воли.

— Я могу заявить на него? – спрашиваю, а сама еле удерживаю нить разговора. Мысли мечутся в голове, сбивая с толка.

Владыке я про метку не рассказала, чтобы не вызывать цепь неудобных вопросов. Пусть думают, что Лу бросила Марко.

— У нас в Диких землях это большое преступление, – господин Эйрол даже бледнеет от возмущения. – Я помогу вам обратиться в суд, составим заявление по всем правилам.

Большое преступление? Замечательно.

Мы обсуждаем детали и после Нэнси провожает стряпчего к дверям. Вернувшись, она что-то говорит мне и я отвечаю. Фразы звучат словно из-под воды, настолько я растеряна.

— Нэнси, больница пока не может принимать раненых. Давай, подготовим помещения в самом доме.

Позже, хорошо поработав, ссылаюсь на недомогание и скрываюсь в своей спальне. Сердце частит и я меряю комнату шагами, пытаясь осмыслить то, что узнала сегодня.

Эль. Маленькая одинокая девочка, кинутая в приюте.

Неужели она дочь Лу и… Марко?

Прикладываю ладонь к губам. Душа болит, стоит представить это неприкаянное дитя. А родители не успели спасти малышку, Боги.

Я не сомневаюсь, что Лу никогда бы не отказалась от ребенка. Я верю в это. Знаю это.

Сейчас картина более или менее ясна. Шафар каким-то образом поставил метку на Лу, но что случилось с ребенком – непонятно.

Голова готова взорваться от страшных мыслей. Я анализирую все, что узнала, вспоминаю слова целительницы, которую наняла свекровь. Но ребенок мог появиться на свет раньше срока, вот артефакт и ошибся. Лу не теряла дочку, она родила.