Книга Побег из рая, страница 87 – Полина Ром

Как ни странно, домашняя работа, которую я раньше так не любила, сейчас не вызывала ни скуки, ни усталости. Ведь делала я её не для себя, а для нас. Само слово «мы» приобрело глубину и наполненность. Мы – жили в своём доме, мы – сами зарабатывали на жизнь, мы – стали семьёй, мы – любили друг друга. В этом мире я больше не была одна...

К сожалению, выйти на работу я не смогла. Риан был категорически против, чтобы я устаивалась по специальности. Он утверждал, что в первую очередь начнутся вопросы о том, где я получала образование и рано или поздно эта информация может дать Хаджани след. Были варианты вроде помощника продавца в местном магазине или сборщика урожая на плантации у фермера, но опять же – ему эти места не нравились и я не стала спорить.

Сперва я побаивалась, что нам не будет хватать местных листов для того, чтобы жить спокойно и не волноваться о будущем. Но буквально через пару месяцев зарплата Риана подросла, да и в целом мы не только закрывали все свои потребности, но даже могли понемногу откладывать. Пока ещё – непонятно на что, но потом у меня мелькнула мысль, что неплохо бы нам приобрести небольшой автомобиль, чтобы в межсезонье, когда работы будет мало, мы могли немного путешествовать по окрестностям. Риан восхитился идеей, и так у нас появилась маленькая цель.

В целом, жизнь в Алторе была довольно дешёвая. Одежду мы с ним брали в местном сэконде, который постоянно пополнялся грудами барахла из крупных городов и столицы. Там можно было найти всё: от роскошного бального платья, за двести, а то и триста листов, до качественных хлопчатобумажных футболок и домашних платьев, за которые просили десять-пятнадцать листов. Из нового мы приобрели себе только постельное и нижнее бельё, да ещё оба решили, что носить чужую обувь – брезгливо. Поэтому с первой зарплат Риан потратил больше ста листов на хорошего качества и чудовищной прочности ботинки с высокой шнуровкой.

— Не жалей денег, парень! Все ребята из мастерской Демала берут обувь этой фирмы, и ещё ни разу никто не жаловался, – хозяин магазинчика торгующего обувью для мужчин, Лагир, был довольно пожилым, думаю, ему было под шестьдесят.

Такой же высокий, как Ран, но поуже в кости, он собирал седые волосы в хвостик и, как многие пожилые мужчины в этой местности, отпустил свисающие вниз седые усы. То, что он сразу определил Риана как работника из мастерской Демала, говорило только об одном: здесь все про всех всё знали.

Первые дни, когда нам приходилось знакомиться с местностью, соседями и продавцами, меня это настораживало и даже пугало. Ощущение, что мы будем жить в аквариуме, начало сглаживаться и проходить уже к концу первой недели. Никто из людей, с которыми мы знакомились, не был навязчиво любопытен. Спокойное и дружелюбное отношение и к нам, и друг к другу, у местных сказывалось буквально во всём. И моя насторожённость таяла так быстро, что вскоре я даже не могла вспомнить, почему так волновалась в первые дни.

Своих денег у нас было очень немного, но Демал легко и спокойно выдал Риану аванс и мы приобрел всё для обустройства дома, ни на чём особо не экономя. Сэконд снабдил нас и симпатичными плотными шторами в комнату, и лёгкими цветастыми занавесочками на кухню, у нас появилась одежда и даже садовая мебель: два лёгких плетёных креслица и стол, который Риан вкопал в землю лично. К этому богатству прилагался огромная полосатая маркиза, которую Риан закрепил на доме и мы частенько ужинал в её бело-голубой тени.