Книга Инквизитор V, страница 78 – Вячеслав Ипатов

Очнувшись, я некоторое время просто приходил в себя, невидяще глядя в пространство. Недавние события набатом стучали в сердце, а вместе с ними пришел и запоздалый страх. Не то чтобы мне не было страшно там, в раздираемой чудищами башне. Но тогда это чувство легко перебарывал адреналин, азарт схватки и баранья упертость. Но вот сейчас данные эмоции схлынули, а вот страх, подкрепленный трезвым рассудком, остался. Иными словами, я в полной мере осознал, по какой грани прошел. Ведь подобравшись так близко, враги имели немалые шансы все же взять меня в плен.

В свое оправдание могу сказать, что у меня были причины столь упорно защищать крепость. И крылись они не только в желании нанести чернокнижнику максимально возможный урон. Но и в том, что сама сущность чудищ плохо подходила для захвата противников. Все же сложно представить, как дракон бы справлялся с такой задачей. Разве что прижал меня лапой? О гаргульях с грифонами я вообще молчу. Те были слишком глупы для выполнения подобной работы. Потому то я и решил рискнуть. Хотя сейчас вот в голову пришла умная, пусть и запоздалая мысль о том, что у того же Алана могли быть средства для моего пленения. Вроде какого-нибудь пакостного заклинания черной магии, парализующего противника, вместе с чарами Жизни, не позволяющими ему умереть. Впрочем, даже в этом случае он бы не смог поддерживать пленение долго. Стоило чернокнижнику оставить меня одного, как уже ничто бы не помешало моему побегу. Так что пусть мой поступок и был рискован, но оправдан. Тем более, что он принес желаемые плоды.

По итогам боя я смог уничтожить трех грифонов и восемь гаргулий. Честно признать, даже сам не ожидал от себя подобного подвига. Тем более крайне полезного, ибо он позволил существенно ослабить неприятеля. Если летел он ко мне имея в подчинении почти полсотни существ, то теперь у него осталось лишь три черных дракона, восемнадцать гаргулии и пятнадцать грифонов. Все еще много, но такое число уже не выглядело подавляющим. Пожалуй, имеющийся в столице гарнизон даже имел шанс отбиться от подобного войска. Хотя вернее будет считать, что Алан вряд ли рискнет, после всех потерь атаковать сердце моих владений. А благодаря этому уже я сам смогу действовать свободней. Такой вывод заставлял окончательно простить себя за риск.

Дальнейшие размышления оказались прерваны. Сначала раздался тихий шорох у головы, у самого уха почувствовалось горячее дыхание зверя, и, наконец, хищная морда показалась перед самыми моими глазами.

— Я тоже рад тебя видеть, друг, — произнес, почесывая загривок оками.

Именно так, «жутким зверем» был хорошо знакомый мне белый волк. Зная, что помру в результате обороны, я заранее позаботился о том, чтобы меня в месте прибытия ожидал верный страж. К тому же еще и умный. Обычный зверь, увидев своего хозяина, вполне бы мог разродиться целой бурей восторга. Оками же, поняв, что дурной на голову господин в порядке, сразу успокоился и отступил. Ну а я все же решил подняться с земли, одеть экипировку и осмотреться.

Взору предстал самый обычный лес. Не являясь великим следопытом, я бы вряд ли мог отличить это место от сотен иных, уже посещенных. Впрочем, наличие рядом оками явно указывало на то, что возродился я именно там, где и рассчитывал — в точке, расположенной практически посредине между тем замком, что только что был потерян, и бывшими владениями Октавиана. Здесь я проходил примерно неделю назад, когда направлялся к обнаруженному на карте монастырю и тогда же, ожидая неприятностей, возможно смертельных, решил сменить точку возрождения, поставив ее на этой ничем не примечательной поляне. В тот раз предосторожность не понадобилась, а в следующие дни менять точку возрождения повода не оказалось. И это было весьма удачным исходом событий, позволившим мне за мгновение переместиться на полторы сотни километров на запад. Туда, куда как раз направлялось войско под руководством Гвинеда.