Книга Курс по соблазнению. Секс против дружбы, страница 17 – Юлия Крымова

Каким чудом мне удаётся сбежать из Олькиного логова разврата, я не знаю.

Наверное, спасает оповещение из службы такси. И то, что девочки чересчур увлечены танцем загорелого красавца. А мне только и нужно, чтобы воспользоваться моментом и выскочить за дверь.

Я спешу к поджидающей машине, попутно размышляя, точно ли привыкну к московской жизни? Столичные развлечения заметно отличаются от моих обыденных. Шлёпать по заднице стриптизёра мне раньше не приходилось.

Хотя я же сама решила пойти с Олей на стрип-пластику. Значит, можно сказать, акклиматизация началась? Пора меняться! Становится неправильно развратной, но правильно счастливой.

Телефон дважды пищит, что белый Хюндай дожидается меня у шлагбаума, но на горизонте обещанной кареты нет и в помине.

Зато есть тонированный БМВ, который сначала проезжает мимо, затем резко тормозит, сдаёт назад и так же резко останавливается в метре от меня.

— Красотка! Покатаемся? — раздаётся сквозь приоткрытое окно.

Чёрный внедорожник явно не имеет ничего общего с бюджетным корейским авто. Поэтому, как только передняя пассажирская дверь распахивается, я демонстративно отворачиваюсь. Делаю вид, будто с интересом рассматриваю рядом стоящий фонарь. Он похож на воздушный одуванчик, который вот-вот разлетится по сторонам десятками светящихся пушинок.

«Почему этот катафалк не уезжает? И как принято отшивать столичных ухажёров? По-питерски культурно? Или на языке шансона?» успевает пронестись в голове, прежде чем я понимаю, что мужской голос мне подозрительно знаком.

— Ксень, отмирай, — уже без насмешек произносит Аверин. — Садись. Или ты ждёшь кого-то?

— Такси жду, — согласно киваю. — Правда, машина где-то потерялась.

— А, тогда тем более прыгай, — друг похлопывает по пассажирскому креслу. — В этом районе обычная практика, когда водитель полчаса кружит между домами. Нумерация сделана по-дурному. И навигатор сходит с ума, путая ещё больше.

— Ты тоже здесь живешь? — я с интересом спрашиваю, когда захлопываю дверь.

— Недалеко отсюда, — нехотя признаётся друг. — А ты такая красивая, что тут делаешь на ночь глядя?

Тон Кости напоминает обеспокоенность старшего брата.

Но его взгляд при этом ничего общего с братской заботой не имеет.

Костя смотрит не как мальчишка, который придумал очередную шалость и пришёл предложить мне поучаствовать в ней. А как-то по-мужски заинтересовано.

Нет, он не оценивает. Не ощупывает мои ноги. Не пытается занырнуть в декольте. Но его зрачки расширены, и в них отчетливо видно блеск, который я не замечала ранее.

— У Ольки Ерохиной была, — коротко отвечаю я, попутно откидываясь на сидение. И тут же начинаю теребить край сарафана. — А ты?

— А я не был, — смеётся Аверин. — Меня ведь Олька не приглашала.

А кто приглашал? Так и подмывает спросить.

Правда, если раньше я бы запросто могла задать подобный вопрос, то сейчас почему-то опасаюсь лезть в личную жизнь друга.

Она у него есть, тут даже гадать не надо. И все те штуки из моего сна он определённо с кем-то проделывает. Страстно целует. Вдавливает в матрас своим крепким телом. Шепчет непристойности. Заставляет извиваться и без конца повторять его имя.

От подобных мыслей внутри меня происходит сбой. Выпитый ранее алкоголь не расслабляет, а приносит обратный эффект. Чувства будто обостряются. Запах автомобильной кожи, смешанный с приятным парфюмом Кости, будоражит обоняние. Щекочет какие-то рецепторы, отчего меня бросает в жар.