Книга Если мечтают оба, страница 88 – Юлия Крымова

Глядя на людей, которые прожили вместе не один десяток лет, но сейчас похожи на совершенно чужих, понимаю — это запросто можем быть мы с Лёшей, лет через двадцать. Всего лишь нужно уступить и стать такой, как он хочет — женщиной, растворившейся в супруге, детях, заботах о доме, и полностью потерявшей себя.

— Что писать в причине развода? — голос Лёши отвлекает от странных мыслей — Может измена жены? Правда ведь.

Кажется, иска не хватит, чтобы раскрыть все объективные причины.

— Пиши, что хочешь — пропускаю мимо ушей очередной укол — Я ограничусь банальным «не сошлись характерами».

Не знаю, совпадение ли, но вдали от городской суеты, в маленькой комнате на небольшом скрипучем диване нам с сыном спится гораздо лучше, чем на хвалёном матраце довольно известного и недешёвого бренда. Настолько, что Артём успешно передал свои полномочия вставать ни свет ни заря местным петухам. Они с радостью горланят что есть мочи, едва первый луч солнца касается земли, а сын сладко смотрит сны почти до восьми утра.

Вдоволь налюбовавшись своим спящим красавцем, крадусь на кухню с намерением приготовить завтрак. Тихонько прикрыв за собой дверь, с изумлением замечаю, что бабуля уже со всем справилась. На столе, присыпанные сахарной пудрой, дожидаются своего часа румяные сырники.

Поставив рядом с блюдом заварник с чаем, над которым ещё клубиться пар, Ба отрывает серый лист настенного календаря. Без этого привычного ритуала она не начинает ни один новый день.

На календаре могут меняться картинки: лошадь, тигр, собака, мышь — ведь бабуля выбирает каждый раз в соответствии с символом Нового года. Количество дней может быть другим, потому как раз в четыре года их становится на один больше. Могут появляться новые праздники. Неизменно лишь одно — он уже много лет украшает стену в одном и том же месте. Даже обои под ним немного другого цвета, более яркие, не выгоревшие и не потускневшие.

Простым действием бабушка безмолвно сообщает, что сегодня двадцать седьмое июля. Четверг. День пяти случайных встреч. День прогулки с домашними растениями. День гамбургера. День шотландского виски. День работников МФЦ. Написано под двумя «жирными» цифрами. Кто придумывает эти названия и праздники? Зачем их столько? Чтобы каждый мог выбрать себе по душе? Или чтобы точно был повод что-нибудь отметить?

Сорок четыре дня без Влада. Мысленно переворачиваю свой личный календарь. Зачеркиваю красным крестиком ещё один день, прожитый без улыбающегося серого взгляда, успокаивающего приятного голоса и полюбившегося запаха, которым так и не надышалась.

Полтора месяца без кофейно-любовных признаний, с еле бьющимся сердцем и поселившейся пустотой внутри. Там, где порхали ожившие бабочки, теперь какая-то непреодолимая Сахара. Кажется, я точно также засыхаю, как и влаголюбивые растения, неожиданно оказавшиеся в пустыне. Однако, чтобы выжить, мне не нужна вода. Мне нужен целый другой человек. Только один. Особенный.

На ум приходит жуткая история, произошедшая в конце восьмидесятых годов, в Японии. Четверо несовершеннолетних парней похитили одноклассницу по имени Дзюнко Фурута и сорок четыре дня издевались над ней, подвергая девушку насилию и различным нечеловеческим мучениям.

Конечно, надо мной никто не изнуряется. Это моя личная пытка. Сорок четыре дня персонального ада, в который я собственноручно загнала себя.