Книга Больше, чем люблю, страница 21 – Юлия Крымова

— Хочешь сесть за руль? — Неожиданно предлагает Тимур на обратном пути.

— Хочу, — вылетает из меня, прежде чем мозг включается в работу.

Мы меняемся местами, и только тогда я понимаю, насколько это была плохая идея.

Его крепкое горячее тело буквально вжимается в моё. Руки ложатся рядом с моими на руль, и я полностью оказываюсь в ловушке. Ни о какой дороге я и думать не могу. Только о критической близости с посторонним мужчиной. И о моей странной реакции на неё. Хочется прикрыть глаза, отпустить руль и раствориться в этих недообъятиях.

— Спасибо, что согласился взять с собой, — искренне благодарю, когда вернувшись на базу, водитель глушит рычащий мотор. Надо признать, Тимур не так плох, как я думала. Поездка получилась запоминающейся и весёлой.

Мой напарник проявляет манеры и подаёт руку, помогая слезть. У меня пунктик по этому поводу, но он стремится заработать плюс. К сожалению, у большинства мужчин обыденные правила этикета как: открыть перед девушкой дверь или отодвинуть стул, затерялись где-то во времени. В детстве их этому не научили, а во взрослой жизни не круто начинать проявлять учтивость.

— Не благодари, у меня был свой скрытый интерес, — произносит, многозначительно улыбаясь.

До этого момента его улыбка казалась мне колючей и наглой, но сейчас она неожиданно приобрела подобие человеческой. А когда тебе так открыто улыбаются, разве можно сдержаться и зеркально не растянуть губы? Эту способность мы приобретаем ещё в возрасте трёх месяцев, когда впервые начинаем улыбаться маме в ответ.

Так и не решившись уточнить, что за скрытый интерес, спешу в дом. Наверняка планировал завезти подальше и бросить. Но, видимо, в последний момент проснулись капли его совести.

Не терпится скорее поделиться с Ромой эмоциями от поездки, пока они не утихли и бурлят во мне, подобно полноводным весенним рекам. Но в доме опять слишком громко. Настолько, что я даже забываю, куда и зачем спешу.

Опять стоны за дверью Аниной спальни. Может, она решила податься в порно-актрисы и просто репетирует? Так сказать, учит роль. Надо ведь понимать, в каком месте сказать: «Оооооо», в каком «Ааааааа», а когда протянуть финальное «О, Даааа».

Постепенно радостная улыбка сползает с моего лица. Ускользает, как последние минуты вечера воскресенья. Мне резко не хватает воздуха. Запас кислорода в лёгких стремится к нулю, но вдохнуть заново не получается. Я каменею. Кажется, сердце перестаёт выполнять свою главную функцию и больше не качает кровь.

Сквозь толстую древесину отчётливо слышно голос Анькиного партнёра по съёмкам. До боли знакомый. Тот, который вряд ли спутаю с другими.

Таращусь на коричневую дверь, будто именно она виновница того, что сейчас у меня остановится сердце. Я не слышу, как оно бьётся. В ушах лишь противные звуки, от которых неприятно сводит внутренности. Ещё чуть-чуть и съеденный утром омлет окажется на полу.

Наверное, надо заглянуть в комнату, чтобы окончательно убедиться в очевидном. Мой любимый изменяет мне с моей подругой. Сейчас. Именно в этот момент. Думая, что в доме никого нет, он выдалбливает из неё нечеловеческие крики, похожие на предсмертные вопли куропатки.

Но глупое сердце отказывается верить.

Этому должно быть какое-то объяснение. Розыгрыш. Пранк. Проверка. Где стоит скрытая камера? Разве двое близких людей способны на такое предательство?