Книга Одиночки. Найти любовь в сети, страница 19 – Юлия Крымова

Когда Агата говорит, что давно хочет попробовать свои силы в подобном занятии, без раздумий кидаю ей ссылку на нашу походную группу и пишу, что весной мы собираемся в Крым.

А следом отправляю ей ещё одно сообщение: «Как насчёт совместного похода в кино в ближайшее время? Обещаю выбрать самый жуткий фильм!».

Я успеваю переместиться из кухни в гостиную и перекинуться с Дэном парой голосовых сообщений, но Агата не отвечает. Ещё один плюс общения онлайн? Легко можно свернуть или закрыть переписку, когда что-то не нравится. Жаль, я не мог так просто «свернуть» сегодняшнее свидание с Викой.

Зато с удовольствием закрываю переписку с Дэном, когда Агата всё же оживает. Слушать довольные разговоры друга о персональной тренировке с той симпатичной блондиночкой из спортзала желания нет. Тем более он увлёкся и начал подробно рассказывать, в каких позах были выполнены упражнения и сколько подходов было сделано.

«Я же говорила, что хожу одна. Не люблю отвлекаться от экрана на посторонний шёпот и комментарии».

«Хорошо. Мы можем сидеть в разных рядах, а после сеанса обсудить фильм в кафе?» не отступаю.

«Давай просто выберем одно кино, но каждый сходит сам. Обсудим потом в сети!» технично отказывается Агата.

По роду профессии я с лёгкостью договаривался на интервью даже с теми знаменитостями, которые славятся своими странными выходками и нелюбовью общаться с журналистами. Но уговорить Агату встретиться вживую, оказывается, из области фантастики.

«Ты знаешь, что мы нарушаем принцип работы сайта?» нагло вру.

«Это приложение для знакомств, где обмениваются фото и договариваются о встречах, а не клуб анонимных кинокритиков».

«Мне главное не нарушать свой собственный принц! Знакомства тут я не ищу. Максимум друга по переписке»упрямо стоит на своём.

«Ты веришь в дружбу между мужчиной и женщиной?» задаю вопрос, на который нет правильного ответа.

В студенческие годы я дружил с одной девушкой. Правда, внешне она больше походила на пацана: бесформенная, худая, с вечно собранными в хвост волосами. И звали её, будто нарочно, Саша. С ней мало кто общался, ведь она очень выделялась на фоне остальных девушек с потока: мешковатая одежда, отсутствие макияжа, кеды вместо лакированных туфель.

Я и сам заговорил с ней впервые только к концу второго курса, на пересдаче по зарубежной литературе. Она помогла мне с билетом, а я в благодарность позвал её в буфет. Просидев там всю следующую пару, я понял, что Саша очень начитанная и чудаковатая, в хорошем смысле слова.

Её не особо заботило мнение общественности. Она не подражала однотипной современной моде. При этом в свои девятнадцать имела чёткие и осознанные планы на жизнь. Она хотела стать литературными критиком и, по-моему, удачно добилась своего. Пару лет назад я встретил её имя под рецензией на книгу известного автора. Я даже захотел ей написать или просто оставить комментарий, но вспомнил, чем закончилась наша «дружба».

Спустя два года общения, устроив истерику, Саша высказала мне, что я бесчувственная скотина, которая всё это время не замечала её любви. Она рыдала и бросала в меня учебниками. Кричала, что устала ждать, когда я рассмотрю в ней девушку. Устала раздавать мне советы и слушать про свидания с другими. Я мог лишь молча поднимать с пола разбросанные книги и собственную упавшую челюсть.