Книга Сливки мести. А если завтра не наступит?, страница 43 – Ванесса Рай

Я ошибалась.

Твари не меняются.

— Пошла вон отсюда! И не забудь платье снять, — надвигаясь на дешевку. Булат не вмешивается…

— Думаешь, я тебя боюсь? А вот и нет! Что ты мне сделаешь? Не убьешь… на это ты не способна! — взвизгивает змея, интуитивно пытаясь назад.

— Блефуешь, сука. Вижу, что боишься, — грудь вздымается от выброшенного в кровь адреналина. Чувствую, что больше не могу себя контролировать и способна на всё.

Я хоть и немолодая, но слабачкой меня назвать. Мышцы у меня крепкие, да и удар поставленный.

— Пошла вон из моей квартиры!!! — с воплями хватаю эту дворняжку за волосы и волоку к выходу. Предатель плетется сзади и пытается мне помешать.

— Таня, Таня, отпусти её! — повторяет он, но делает это как-то вяло. Станиславский сказал бы “Не верю”!

— Не лезь! — бросаю я предателю, продолжаю тащить шлюху к выходу. Сначала она сопротивлялась, хотела вырваться, пыталась схватить меня за одежду, потом перестала и смирилась. Сейчас просто ноет и просит отпустить её.

Тварь!!!

Открываю входную дверь и выкидываю лживую змею на лестницу. М-да, за платьице я явно переплатила — оно не выдержало даже одну разборку. Двенадцать тысяч козе под хвост.

Да, и черт с ним!

— И дорогу сюда забудь!!! Иди на панель. Туда тебе и дорога… там и денег на жизнь заработаешь, — с треском захлопываю дверь и слышу её злобный клекот: — Пожалеешь, старая дура…

— Тань, это её квартира, и ты не можешь её выгнать, — говорит Булат.

— Что ты несёшь?! Это моя квартира! — произношу хрипло.

— Уже нет… По документам, квартира принадлежит Лере. Помнишь, ты на меня генеральную доверенность оформила? — насмешливо смотрит он на меня.

Дьявол!!! Несколько месяцев назад я по своей глупости я, правда, оформила на Булата генеральную доверенность. Ублюдок так исхитрился усыпить мою бдительность и убедил, что ему можно доверять, что я решилась на такой рисковый шаг. А ведь в последнее время я жила с оглядкой и старалась всё и всех перепроверять....

Тогда я лежала в больнице и думала, что всё затянется. Я была в панике: управляющий фирмы не справлялся, да еще и надо было сдавать квартиру и следить, чтобы всё было в норме. Булат сказал, что поможет, чем может и, черт возьми, я сама предложила оформить гребаную доверенность. Сама!

Получается, я своими руками дала ему право не только сдавать в аренду, но и продавать мою квартиру в престижном районе Москвы!

Тогда у меня в голову не приходило, что он сможет обмануть мое доверие: Булат всегда был заботливым, участливым, надежным… К тому же до этого мы решили пожениться, и планировали нашу свадьбу.

— Помню… Ты должен был её сдавать и следить за всем. А ты… какого хрена ты творишь, Булат?!

Перед глазами все плывет. На тумбочке стоит бронзовая статуэтка. Стильная, дорогая штучка. Если ударить ею по голове, мерзавец больше не станет копить землю и портить жизнь другим.

В такие моменты смерть плохого человека кажется благом… Черт, да о чем я только думаю?! Мысленно одергиваю себя, не давая совершить самую глобальную ошибку в своей жизни.

— Тань, давай, без обид. Ты же сама говорила, что бабки тебе от бывшего мужа достались… Напомни, где он сейчас?

— Причем тут это? — глухо спрашиваю я. Мне становится трудно дышать… — Соколов в колонии строгого режима отбывает пожизненный срок. Он был последним мерзавцем, но, ты, похоже, похуже его. Ты, Булат, гнида, каких еще поискать.