Книга Отпусти меня, страница 250 – Литтмегалина

— Ты так говоришь, как будто ваша страна — живое существо.

— Возможно, так оно и есть, — задумчиво кивнул Лесь. — Большая мать… все ровеннцы — ее дети, вот она и зовет их к себе, стоит им отбежать далеко. А как тщательно она оценивает их друзей…

— Что ты имеешь в виду?

— У нас обширные экономические связи с Роаной, и многие ровеннцы проводят там много времени по работе. Но рано или поздно мы все возвращаемся домой. Это действует и обратным образом: иностранцы, оказавшиеся в нашей стране, не могут отделаться от ощущения, что их присутствие — нежелательно. Спустя какое-то время они не выдерживают и уезжают.

— Как это? — спросила Надишь, резко помрачнев. — Вообще все иностранцы не могут ужиться в Ровенне?

— Нет. Только те, кого она отвергла — но это большая часть. Ровенна очень прямолинейна. Если ей кто-то не нравится, она обязательно даст ему знать.

— Расскажи мне об этом, — попросила Надишь.

— В ходе ее многовековой истории Ровенне пришлось пережить многое. В том числе и затяжной период безвременья, когда страна фактически развалилась на обособленные области… — не прекращая говорить, Лесь встал, налил две чашки растворимого кофе и вернулся к столу. — Пересекая море, Ровенну активно грабил Кшаан, отчего прибрежные территории со временем обезлюдели. Одновременно из нас тянула кровь Роана, всегда жадная до наших ресурсов. Роанцы фактически колонизировали нас. Распоряжаясь Ровенной, они все же не смогли в ней обосноваться, постоянно ощущая ее острую ненависть. В конечном итоге им не удалось удержать власть — и не только люди, сама страна оказала им сопротивление.

— Но как роанцы правили Ровенной, если не могли находиться в ней физически?

Лесь пожал плечами.

— Элита, выпестованная из местных, помогала им поддерживать контроль. Ровеннцев страна не преследовала так активно, как чужаков, даже если они работали на врага.

— Это все звучит очень странно.

— Видимо. Но для меня это данность, — пожал плечами Лесь.

— Я налью кофе, — пробормотала Надишь и встала.

— Чашка перед тобой. Ты не заметила?

— Нет.

— Нади… — осторожно начал Лесь. — Возможно, ты сочтешь мое вмешательство беспардонным и неуместным, но, узнав о твоих отношениях с Ясенем, я подошел к нему, чтобы поговорить о тебе. Его слова меня успокоили, но все же я хотел бы получить подтверждение. Это правда, что он собирается жениться на тебе?

— Во всяком случае, мне он говорит именно так.

— Он сделал тебе предложение?

— Да. В его небрежной манере… но сделал.

— И что ты ответила?

— Это все сложно. Я пока думаю.

— Что ж… как ни странно, я считаю, что у вас двоих может получиться что-то хорошее. У тебя твердый характер. Ясеню тебя не сломить.

— После того, что я услышала от тебя, все кажется еще сложнее. Ладно, его родители будут в ужасе от такой невесты. С этим я смирюсь. Но если меня отвергнет целая страна?

Надишь фыркнула, но Лесь уловил ее истинные чувства и потянулся погладить ее по руке.

— Все будет хорошо. Она полюбит тебя.

— Я же кшаанка. Представитель ненавистной ей нации, — напомнила Надишь с неожиданной горечью. Неужели она приняла на веру странные россказни Леся?

— Не думаю, что цвет кожи станет препятствием. Она посмотрит прямо тебе в душу. И увидит, что твои помыслы — чисты.

Надишь внезапно расплакалась.