Книга Связи, страница 36 – Литтмегалина

— Что за кошачья свалка? Вы на работе. Прекратите немедленно!

— Я-то тут при чем? – прохрипел Бинидиктус, отдирая руки Джулиуса со своей шеи. – Этот псих…

— Джулиус, стоп, – скомандовал Илия. – Лисицу уже не разоплодотворить, смирись. И потом, Бинидиктус тоже может начать вырывать тебе волосы.

Джулиус обмяк, вдруг теряя весь запал. Кинув на Бинидиктуса ненавидящий взгляд, он вылетел за дверь.

Лисица вышла из ступора и заявила:

— Мне нужно к папе.

— Сейчас его нельзя беспокоить, – напомнил Илия.

— Тогда я просто погуляю по зданию. Мне нужно подумать.

— Лучше оставайся с нами, – попросил Бинидиктус. – Если Киношник решит атаковать, ты можешь погибнуть в одиночестве.

— Нет, – сардонически усмехнулась Лисица. – В одиночестве уже не могу.

[??:?? ?]

Сначала было темно. Шум в ушах застилал все остальные звуки, если они вообще были, конечно. Почувствовав нечто непонятное под ногами, Дьобулус застыл. Он как будто стоял на груде перегнивших дынь. Они проминались внутрь и источали жидкость. Это было омерзительное ощущение.

— Я с тобой, – услышал он Октавиуса. – Опиши мне, что ты видишь.

В этот момент зрение вернулось – так резко, будто с глаз сорвали повязку. Дьобулус дернулся и отпрянул, едва не поскользнувшись. Вокруг себя, до самого горизонта, он видел головы. Распложенные близко-близко, они полностью закрывали собой землю – впрочем, вместо земли там могли быть их тела, крепко притиснутые друг к другу. Лица с плотно закрытыми глазами устремлялись к небу, губы шептали, бубнили, бормотали. Все сливалось в монотонное гудение, которое он и принял поначалу за шум в ушах. Частичкой мозга Дьобулус осознавал, что все это просто видение. Ни одна галлюцинация не сравнится с мерзостями, которые ему пришлось наблюдать в реальной жизни. И все же на него накатила волна отвращения и ужаса. Хотя, казалось бы, что могли ему сделать головы?

— Что ты видишь? – нетерпеливо допытывался Октавиус. Его голос звучал искаженно и холодно, будто сгенерированный искусственно.

Дьобулус рассказал.

— Кто чего боится, то с тем и случится… Это не то место. Ты должен искать выход.

— Здесь нет выхода.

— Если ты не можешь найти выход, сначала сам разреши себе выйти.

— Фразочки из дешевых научно-популярных книжонок по психологии мне не помогут, Октавиус. Ладно. Тогда уж просто пойду…

Дьобулус сделал шаг. Приняв вес его ступни, рыжая длинноволосая голова лопнула, извергнув маслянистую темную жидкость. Дьобулуса передернуло. В следующий момент головы поблизости дрогнули и, разлепив веки, посмотрели на него. Их глаза были одинакового мутно-коричневого цвета, как будто сгнили изнутри, и не выражали ни единой мысли, только чистое страдание. Сфокусировавшись, взгляды выразили узнавание. В следующий момент головы закричали. Их дикий, нечеловеческий вопль ворвался в мозг Дьобулуса, как снаряд. Зажав уши, он сгорбился, пережидая…

Когда все стихло, Дьобулус обнаружил, что взмок насквозь и дрожит.

— Это мои жертвы? Те, чьи жизни я забрал?

— Если тебе так кажется, значит так оно и есть.

Дьобулус старался не размышлять лишний раз о тех, кого ему приходилось пускать в расход. Пусть они останутся для него совершенно безликими. Но здесь, сейчас, его окружали сплошные лица. Он почувствовал, что его вот-вот вырвет.