Книга Год дурака, страница 24 – Литтмегалина

— Только не опозорься, – сказала я своему отражению. – Пожалуйста, давай как-нибудь в другой раз!

Сделав легкий, во французской традиции, макияж и доверху напичкав себя таблетками, я вышла из дома, надеясь, что после гулянки моя простуда не перейдет в воспаление легких.

Пока я добиралась до площади Фрунзе, то ли от таблеток, то ли от свежего воздуха, мне стало значительно лучше. В маршрутке я лыбилась не переставая, воображая себе, что впереди только хорошее. Но впереди оказалась пробка, в которой мы простояли битых сорок минут. Когда я добралась до места, на остановке меня ждала только та самая Марина из «контакта». На ней были дутая розовая куртка, джинсы и резиновые сапоги.

— Опаздываешь, – буркнула она. – Пошли. Мне объяснили, как добраться.

Неприветливая и хмурая, как всегда. Как будто и не было этих тринадцати лет.

Мы шли минут двадцать. Воздух пах хвоей и листьями. Наверное, это чудесно, жить на природе, вдали от загазованного, заваленного мусором города. Видеть за окном зеленые сосны…

— Нам сюда, – Марина отворила тяжелые металлические ворота, и у меня отвалилась челюсть.

Это дача?! Настоящий особняк в три этажа! Да я такие только в кино видела!

Навстречу нам по мощеной красной плиткой дорожке шел Женька, которого я сразу узнала, хотя он сильно изменился: потерял волосы, приобрел брюшко. В его ухе сверкала золотая сережка, да и улыбнулся он как заправский пират.

— Сонька! – вскричал он, притискивая меня к себе так крепко, будто друзей лучше нас во всем мире не было. – Ну ты вообще! А была вот такая корова!

А он мне запомнился тихим, вежливым, незаметным мальчиком… Несмотря на сомнительность комплимента, я улыбнулась.

— Тебе, я смотрю, тоже есть чем похвастаться.

— Да живем помаленьку, – на пути к дому он болтал без умолку. – Производство у нас, совместно с французами. Медтехника. Че мы с тобой столько не виделись? У тебя, небось, то мужики, то Греция-Италия, то на работе завал?

— Да как-то то одно, то другое.

То герпес, то сопли, то ноготь сломался. Я споткнулась и подумала, что мне надо следить за походкой, а то плетусь, как побитая собака. Господи, как людям удается столько зарабатывать? Что-то делают, чего-то добиваются, я только сижу в своем офисе, старею и жирею, пока жизнь проходит мимо.

Мы вошли в дом, в комнату, заставленную плетеными стульями и цветочными горшками, и все присутствующие уставились на меня так, как будто я побрилась налысо или еще что поинтереснее.

— П-привет, – я робко растянула губы, пытаясь придать себе радостный вид.

— Соня? – неуверенно произнес кто-то. – Острова?

— Да, это я, – я все еще не понимала, почему на меня так смотрят.

— Килограмм двадцать, не меньше, да? – предположил Женя.

— Если вспомнить мой школьный вес, разница пятнадцать, максимум, – возразила я, и тут до меня дошло. Я не любила свои фотографии, нигде их не выкладывала, а на аватаре в «контакте» у меня стоял кот. Народ ожидал увидеть тетку килограмм под девяносто, и тут пришла я, вся такая стройная, на контрасте с их ожиданиями. Почувствовав себя привлекательной, я горделиво расправила плечи и улыбнулась уже искренне. Не такая уж я и неудачница! Если, конечно, не считать того факта, что далеко не все в школьном возрасте походили на комок жира…