Книга Дом на берегу, страница 60 – Литтмегалина

Мы были потерянные души, запертые в игрушечном домике, и, словно маленькими куклами, Леонард мог играть нами, как хотел. Искупая свое разрушительное любопытство, Дорагли пришлось плести сеть из паутины и носить воду в дырявом ведре. Ну что ж. У нее хотя бы был шанс.

В холле было сумрачно, в коридорах стоял непроглядный мрак. Когда-то я считала, что к темноте можно привыкнуть. Но нет, не получится, так же, как к голоду или боли.

Войдя в свою комнату, я увидела Леонарда. Стоя возле окна, он равнодушно смотрел на море. Мне хотелось развернуться и бежать, и я так бы и поступила, если бы верила, что это поможет. Поэтому я тихо прикрыла за собой дверь и сунула руки в карманы пальто, подготавливая себя морально. Карманы были полны мокрой бумаги.

— Вот и вы, наконец, – Леонард обернулся. Игры закончились, и лицо у него было ехидное, жесткое. Все это время, вследствие неравности занимаемых положений, разницы в возрасте, редкости общения и свойственной Леонарду отчужденности, я воспринимала Леонарда как человека, бесконечно отдаленного от меня. А сейчас он резко приблизился, стал понятным и жутким. – На берегу неуютно. Но вам, очевидно, по нраву такая погода, если вы бродили так долго.

— Когда вы узнали о том, что я нашла дневник? – прямо спросила я.

Он убьет меня? Что, если он сделает это прямо сейчас?

— О, в ту же секунду, как вы впервые к нему прикоснулись, – усмехнулся Леонард. – Я все вижу. Я мог бы пересчитать все родинки на вашем теле, если бы это занятие меня хоть сколько-то привлекало.

Я постаралась не вдумываться в услышанное.

— Почему же вы не отобрали дневник до того, как я его прочла?

— Мне было интересно посмотреть на вашу реакцию, маленький Шерлок, когда вы все узнаете.

— Вы удовлетворены увиденным?

— Нет, скучновато, – Леонард рассмеялся, глядя на мое твердеющее, как бетон, лицо. – Если вас это утешит, из этого дома вы в любом случае бы не вырвались. Вы были обречены, едва перешагнули порог. Нет, раньше, когда получили приглашение от Пибоди.

Я присела на кровать. Все еще держа руки в карманах, сжала пальцы в кулаки.

— Хотя у вас есть повод для гордости, Анна. В отличие от клуш, ранее занимавших вашу должность, вы сгинете осведомленной, – перешел Леонард на тон, равно претендующий на доверительность и пренебрежительность. – Ах, все суета и телодвижения… забавно. Как наблюдать усилия букашек, пытающихся выбраться из банки. Возможно, кто-то и вскарабкается по стеклянной стенке на пару сантиметров, но и только, стоило ли стараться.

— И когда вы намерены избавиться от меня? – мой голос звучал на удивление спокойно. Глаза щипало, но я не позволяла слезам пролиться. Плакать перед Леонардом – да ни за что.

— Не прямо сейчас. Видите ли, вы нравитесь Колину. Сложно найти этому объяснение, ведь в вас нет ничего примечательного, но это так. Пока вы здесь, он не цепляется за меня. А я смертельно устал от его воплей, капризов и жалоб. Как и от него самого.

— Их был шесть. Шесть молодых девушек, приехавших в этот дом, не подозревая ничего дурного. Как вы можете жить, после того, что с ними сделали?

— Не вижу сложностей, – рассмеялся Леонард. – Это они не смогли жить после того, что я с ними сделал.

— Мать Натали не погибла во время родов. Вы довели ее до смерти.