Книга Развод. Начальница моего мужа, страница 20 – Ирина Манаева

Листаю список, понимая, что есть лишь два знакомых, которые могут помочь. И оба они обязательно доложат всё Вите. Потому отметаю эту идею. Разговаривать дома, где меня может подслушать Марк, не хочется. Лучше пойду прогуляюсь, потому что внутри пружиной натянуты нервы.

— Марк, я в магазин, тебе что-нибудь купить? — кричу ему через закрытую дверь.

— Чипсы и газировку, — отзывается так же из-за полотна. Ясно, я другого и не ожидала.

Наверное, мои действия сводят Карпова с ума, и он не может нормально отрабатывать свою командировку. Надо пожалеть человека, а то придётся возвращать деньги за квартиру, потому что он некачественно пашет. Потому всё же отвечаю.

— Ты вообще там с ума сошла?! — накидывается на меня Виктор, когда я сажусь на лавочку и открываю мороженое.

— Карпов, не кричи на ухо, — кривлюсь. Такое чувство, что даже его голос стал раздражать. Вот как в одночасье всё изменилось. Гений тот, кто придумал фразу: от любви до ненависти один шаг. — Всё под контролем.

— Под каким, к чёрту, контролем? Мой сын шатается неизвестно где, пока его мать развлекается с любовником.

— О, как, — откусываю сладкую радость, стараясь быть спокойной. — Может, ещё что-то интересное обо мне расскажешь, о чём я сама не в курсе?

— Ты пьяная что ли? — подозревает он меня во всех грехах. — Настя, если ты взялась за старое?

— Не сходи с ума, Карпов. Студенческие годы давно за плечами.

И так и подмывает сказать, что берётся за старое его молодая любовница. За него.

— Что это за мужик, Настенька, которого ты не постеснялась показать моему сыну?

— Слушай, ты не скальная ящерица, не комодский варан и даже не курица, чтобы размножаться партеногенезом.

— Чего? — не вижу его, но представляю, как он бегает по гостиничному номеру, возможно, в одних трусах или вообще без них, и брызжет слюной. Хорошо помню, как его выводит из себя кто-то на другом конце провода, а он не в силах дотянуться и ничего сделать. Маленькая сладкая месть, и я снова откусываю пломбир. Отличный, на сливках. Почти, как детстве.

— Ну ты твердишь, что это твой сын. Отлично выбросил из команды участников меня, будто ничего и не сделала. А дети, между прочим, только от обоих родителей могут быть.

— Не придирайся к словам, — сбавляет обороты.

— В общем, — вздыхаю, смотря на прогуливающую мимо парочку с коляской. Эх, у них всё только начинается. Когда-то я тоже была молодой и счастливой. Сейчас, конечно, возраст средний, но всё еще хочется причислять себя к молодёжи. А вот счастье — величина приходящая. Надо просто убрать тучи с горизонта. Ведь счастье — это отсутствие несчастья. — В общем, твой сын дома, как и мой. На этом давай закончим.

— Ты изменилась.

— Серьёзно? Не думала, что по телефону заметно, что я выщипала брови, — издеваюсь над ним.

— Завтра я выясню, с кем ты там гуляешь.

— Хорошо, — отвечаю спокойно.

— И всё? Вот так просто?

— Я не понимаю, какого чёрта тебе от меня надо?

— Чтобы ты вела себя, как нормальная жена, а не последняя шл. ха.

Кажется, мороженое попало не в то горло, потому что принимаюсь кашлять. Вот она возможность ответить. Смачно плюнуть в его рожу доказательствами.

Но.

Но тогда не будет форы. А потому решаю, что это я отправлю в копилку до поры до времени.

— Слушай, Вить. Ты бы со словами поаккуратнее, потому что завтра же, или когда ты там намерен провести расследование, ты придешь ко мне в цветочный и купишь все имеющие букеты для своей жены, чтобы просить у неё прощение, понял? Или не приходи домой вообще.