Книга Измена. Вернуть свою жизнь, страница 106 – Ирина Манаева

Сверлю его глазами, не находя и капли стыда в них. Приехали! Теперь придется всем объяснять, что между нами ничего не было. Мать же вцепилась в его локоть, не собираясь отпускать. Одела темно-синее платье чуть ниже колен и неудобные туфли, неприлично-боевой раскрас, дополненный раскрасневшимися от вина щеками. Будто пытается доказать всему миру, насколько хорошего выглядит.

Зойка непонимающе смотрит на мужчину в её спальне, а потом переводит взгляд на меня.

— Ты не говорила, что…

— Можно тебя на минутку, — освобождаю руку Бориса от материнских объятий и вывожу его на лестничную площадку, закрывая дверь.

— Ты оборзел⁈ — я не просто в гневе, я взбешена так, что хочется залепить ему пощечину. Только сдерживаюсь. Это уже вторжение в мою жизнь. Кем он себя возомнил? — Какого черта ты приперся на свадьбу? Ты за мной следишь?

— Я тут купил тебе кое-что, — он достаёт из пакета белую коробочку, на которой успеваю разобрать Sokolov.

До чего надо быть непробиваемым, чтобы тебя гнали прочь, а ты вытирался и шел дальше. Неужели, это и есть любовь?

Так. Стоп. Какая любовь? Он видел меня один раз. Мазохист? Или с головой не в порядке? Даже выяснив причину, никогда бы не связала свою жизнь с таким. Он же душный. Любая другая на моём месте радовалась бы такому услужливому мужчине, только я не любая.

Толкаю коробку обратно в пакет и пытаюсь спустить Бориса с лестницы, когда на площадку выходит Зойка.

— Все хорошо? — переводит взгляд с меня на гостя.

— Да, все в порядке, — поправляю несуществующий локон, — Борис уже уходит.

Он бросает в мою сторону грустный взгляд и протягивает пакет Зойке.

— С праздником.

А потом быстро сбегает с лестницы, и я не могу никак взять в толк. Неужели он реально решил меня купить всеми этими вещами? Это, с одной стороны, мило, только есть и другая.

Мне не надо бесконечных украшений и подарков. Мне не нужен он!

Зойка заглядывает в пакет, доставая коробку.

— Ась, это кто?

— Не бери в голову, — спасибо за испорченно настроение. Что ещё сказать? Нельзя так навязываться, вот правда.

— Мужчина твой?

— Зой, ну какой МОЙ? Давай не будем, пристал вот человек и слов русских не понимает.

Зойка достаёт золотые часы на белом кожаном ремешке и округляет глаза.

— Вот это подарок! — примеряет на свое запястье. — Я так понимаю, это не совсем мне⁈

— Тебе-тебе, — быстро киваю, — сегодня твой праздник.

— Ты уверена?

Обнимаю сестру. Неимоверно гадко на душе. Казалось, вот тебе принц, бери его на блюдечке с каемочкой горяченького, пусть не красавец, зато готов ради меня на многое. Хотя о готовности судить рано, я совершенно не знаю Бориса, и, если честно, не было желания узнавать. Не каждый человек может составить пазл с соседним элементом, пусть и кажется, что выемки одинаковые и узор на первый взгляд подходит, но в самом конце мы понимаем, что ошиблись, и две детали, разъединившись, встают наконец на свои законные места. А порой и вовсе теряются. Вот так и с таксистом, только Аька сразу понимаю, что это не мой человек. Шестое чувство подсказывает мне решение. Потому что своей назойливостью он меня неимоверно пугает.

Пока Зойке помогают надевать платье, привожу в порядок мать. Прочь лишние румяна, растекшуюся тушь. Слушаю упреки и признания в одиночестве, что называется «Остапа понесло». Ставшая с годами сентиментальной, она пускает слезу и по поводу свадьбы старшей дочери, и по случаю становления бабушкой в скором времени. Она отдаст всю свою нерастраченную любовь внучке, ведь это будет именно девочка. Так мне и было сказано.