Книга Измена. Вернуть свою жизнь, страница 31 – Ирина Манаева

— Не реви, девчонка, у меня то же самое. Какие твои годы, еще нарожаешь кучу! А этого, значит, Бог не хотел.

Поднимаю на нее покрасневшие от слез глаза, и из груди вырывается горький стон. Я желала его больше жизни!

Это сон, просто сон, и мне предстоит проснуться.

Врач, не обращая внимания, сидит за столом и заполняет бумаги. Через пятнадцать минут, которые кажутся вечностью, снова обращается ко мне.

— Есть два пути решения в данной ситуации: чистка и медикаментозный аборт. Учитывая то, что срок маленький, я бы вам посоветовал медикаменты, но вы вправе выбрать самостоятельно. Есть небольшая вероятность, что таблетки могут не подействовать на ваш организм, тогда в любом случае придется прибегнуть к хирургическому вмешательству.

Слёзы снова хлынули, вторая волна горя и отчаяния. Я не верю! Это плохой розыгрыш или кошмарный сон, из которого я должна выбраться! Но сон не кончается.

— Девушка, вы меня слышите? Вам сейчас нужно решить, что вы выбираете. Я оформляю бумаги.

Он обращается ко мне, только отказываюсь понимать.

— Я, я не знаю… — лепечу себе под нос.

— Соберитесь, — начинает проявлять хоть какую-то человечностью — Да, это тяжело, но жизнь продолжается, сейчас самое главное привести ваше здоровье в порядок. Что мне писать в бланке?

Слёзы льются, дыхание сбивается. Пытаюсь успокоиться, но в голове только одна мысль.

Это неправда!

— Может, можно что-то сделать? — тихо спрашиваю. — Деньги есть…

Врач вздыхает, смотря мне прямо в глаза.

— Думаете, если бы действительно был хоть малейший шанс, я бы не дал вам им воспользоваться?

Падаю в пропасть, из которой нет возврата. Последняя нить надежды лопается, и меня поглощает бездна: холодная и страшная.

— Таблетки, — выдавливаю, снова принимаясь рыдать.

— Ну, и отлично, — голос врача спокоен. — Для вас это самый гуманный метод. Алла, — зовёт кого-то, а я погружаюсь в свою боль с головой, — возьми этих двух и отведи в гинекологию на пятый.

Алла, молодая медсестра, ведет нас в другой корпус. Проходя через фойе, вижу Марка. Он мгновенно бросается ко мне и обнимает.

— Аська, с тобой все хорошо? Что с ребенком?

Зарываюсь в свитер мужа, и он понимает без слов. Его руки, сильные и ласковые, обнимают, как и прежде. А в ухо звучит признанье, от которого я должна стать сильней. Он любит, он здесь, и он никогда не оставит меня…

Мне пора, а потому снова иду по коридорам, поднимаюсь по лестницам, пока не оказываюсь в нужном месте. Дежурная медсестра выделяет палату, выдаёт постельное и ёмкость для анализов.

Я не одна. Здесь ещё кровать, на которой различаю силуэт. Под свет уличных фонарей стелю простынь, надеваю наволочку и ложусь. Осознание, что можно было купить отдельную приходит поздно, только сейчас мне совершенно всё безразлично.

Казалось, слезам неоткуда браться, но они не перестают течь.

Лежу с открытыми глазами, не моргая, смотрю в темноту. Слёзы убегают на подушку, срываясь из глаз. Плачу беззвучно, ощущая себя такой одинокой и несчастной, что, кажется, жизнь на этом и закончится. Потому что сейчас я не понимаю, что дальше.

Самая ужасная ночь, которая длится вечность. Не могу уснуть, поворачиваясь с бока на бок. Закрываю глаза, но из-под век не перестают сочиться слезы, словно кто-то открыл кран соленой воды и забыл его выключить.