Книга Друг бывшего. Оторваться от земли, страница 79 – Теона Бонк

— Ты не будешь расстраиваться? — Адам останавливается и тянет меня за руку, заставляя тоже остановиться и посмотреть ему в глаза.

— Нет. Леша попросил у меня прощения и сказал, что был неправ.

— Когда?

— Когда они с Тимофеем пришли в День города к нам домой.

— О.

В то время все мои мысли были только об Адаме. Но потом я переосмыслила тот вечер. Леша никогда не признавал свою неправоту. Как и многие мужчины, впрочем.

Мне было приятно знать, что все теперь хорошо. Он с Диной. Я с Адамом. И в такой день, как в этот, когда мы все столкнемся на семейном сборище, не будет никакой неловкости и недосказанности.

Он меняется. Я вижу. Мы все поменялись.

Так что я не слукавила, говоря Адаму, что я в полном порядке. Не думаю, что мы будем дружить парами. Нет. Но никто из нас не будет чувствовать себя неуютно, плохо при таких встречах.

Я не испытываю к Леше неприязни, обиды, тем более ненависти. Мы были детьми. А жизнь оказалась совсем не такой, как мы представляли. Возможно, он справился с этими переменами не самым лучшим образом. Не идеально. Но без злого умысла.

И теперь мы оба нашли того, кто делает нас счастливыми.

Мы сидим за столом в окружении моих родственников и друзей. Все как обычно весело обсуждают последние новости, наши дяди вспоминают случаи из их молодости, а я время от времени ловлю на себе взгляды. Иногда вопросительные. Иногда немного нервные. Все из-за Леши.

Но у нас все хорошо, ребята. Можете расслабиться и пить свое пиво. Есть шашлыки. Тем более сегодня на мангале ответственный дядя Данила. У него получаются самые лучшие шашлыки.

Сегодняшний день, рука об руку с Адамом, — это то, где я хочу быть со стопроцентной уверенностью. И все, что случилось до, привело меня к этому моменту. Я больше не хочу думать о прошлом.

— Давай улизнем, — шепчу томно на ушко Адаму после первых двух тостов и после пары съеденных шампуров шашлыка.

Лицо Адама вытягивается. Он выглядит неуверенным.

— Мы просто погуляем по территории. Ты думал, я предложу что-то пошлое и запретное?

— Первая мысль была такой, — ухмыляется он.

— Это я планировала, — признаюсь. — Но чуть позже.

— И только, когда между нами и твоим отцом будет километров пять.

— Значит, сегодня ночуем у меня?

— Договорились.

Мы отходим от стола.

— Вот это баня. Раньше здесь жили родители Тимофея и Ани. Когда Аня только родилась. Но когда у них появился Тима, они построили дом рядом с фермой и переехали туда, — я встаю на носочки и указываю на виднеющиеся красные крыши нескольких особняков за забором. — Родители Леши и Андрея тоже построили себе дом по соседству.

Проходим дальше к моему любимому месту.

— Здесь яблоневый сад, — показываю ему, когда мы отходим от стола. — Женя, мама Луизы, высадила его двадцать лет назад.

— Красиво.

Мы застываем в аллее, по обе стороны которой раскинули ветви яблони. Листья кое-где уже желтеют, первое мягкое дыхание осени чувствуется, особенно ранним утром и ночами. А днем снова по-летнему тепло.

Яркие красные плоды выглядят сочно и аппетитно. Так и хочется подойти и сорвать яблочко. Что я и делаю. Протягиваю Адаму, заглядывая в глаза.

С понимающей улыбкой он берет яблоко.

Окутанные косыми лучами солнца, пробивающимися через листву, мы стоим, обласканные мягкой дымкой, и наши взгляды говорят все, что чувствуют сердца.