Книга Измена. Няня для мужа, страница 94 – Саша Киндер

— А я говорил, что ты лишь перестала быть тощей, — кивнул Эксаль.

Я была с ними не согласна. Тощей я была до тех пор, пока меня Альба не раскормила.

— То есть беременность пошла вам на пользу? — кивнула судья, — а вашей семье?

— Она была фарфоровой статуэткой, — раздался голос Альбы от дверей, — Карина, милая, будь добра — вернись и посиди с Хьюго, пока мы будем решать проблемы здесь.

Она медленно и гордо прошла мимо рядов кресел, цокая каблуками и с поднятой головой.

Оглянувшиеся к ней те, кто был в зале, молча напряглись. Альба возвышенно дошагала до стойки Эксаля, который он стоял у моей, и оскалилась:

— Добрый… вечер, да, — она кивнула важно, — уже вечер, Долорес. Ты потратила целый день всех присутствующих из-за собственной прихоти. Ничего не меняется.

— Мы договаривались, мама, — скрестил руки на груди Эксаль, — и ты помнишь до чего мы дошли. Будь добра — выдай своё признание, которое поведала мне, и мы поедем домой.

Альба дернула щекой.

— Ваша честь! — она даже не посмотрела на сына, — я та единственная, кто будет говорить в этом зале правду.

— Так давайте, свидетель, — сощурила глаза судья, — мы все ждем. Пожалуй, я задам вам несколько вопросов, — она кивнула, — как складывались ваши отношения с истцом?

Альба медленно повернула голову ко мне.

— Замечательно, — улыбнулась она, — те два года… с половиной, когда в ней ещё теплилось уважение ко мне, помимо… адекватности.

— Мама, — поджал губы Эксаль.

— За несколько последних лет я четко уяснила один факт, — пропела Альба, — беременность ужасно меняет женщин! Только представьте какие изменения произошли с моей юной и кроткой невесткой.

— Вы сами мне сказали… — начала было я.

— Ах! Вот оно! — перебила меня Альба, — слышите? Эта наглая манера влезать в чужой разговор, когда её не просят.

Судья нахмурилась.

— Продолжайте, истец, — покачала головой она, — у вас есть возражения?

Я кивнула.

— Вы сами говорили мне, чтобы я не молчала, — напомнила ей, — чтобы я высказывала вашему сыну, если он делает что-то, что мне не нравится.

— М, — усмехнулся Эксаль, — то есть этим занимался не я один, — смешок от него, — тогда чего ты хочешь сейчас, мама?

Альба скривилась.

— Я хочу вашего развода, — она высоко приподняла подбородок, — это первое здравое желание от твоей жены за последние месяцы, — она поймала его злой взгляд и решила объяснить, — вы ужасная пара! Вы ссоритесь!

— Последний месяц и только из-за тебя, — кивнул Эксаль.

— У вас огромная разница в возрасте и уме! — снова женщина.

— Вас не смущало это, когда вы сводили их, — хмыкнула судья.

— Девушка имеет откровенные беды с… головой! — фыркнула Альба, — она выдумщица и… имеет огромную склонность лгать! Я… — она смешно вытянула лицо, — я их не сводила.

Мы с Эксалем и Робом посмотрели на неё с сомнением. Она не смутилась!

— Назовите это как вам хочется, но именно из-за вас они стали парой, — ответила судья, — по крайней мере так быстро.

Альбе было плевать, она качала головой, как бы говоря этим, что все мы врем.

— Долорес нужны только его деньги, — подалась вперед женщина, — вы сами слышали из какой семьи и места я её подобрала. Вот и подумайте, насколько сейчас горят её глаза, когда она думает об обогащении за наш счёт!

— За мой, — поправил её сын, — и никто никого не подбирал, — он был зол, но сдерживался, — и у самой Долли крайне мало понимания сколько и чего она может получить, — он усмехнулся, — дом, в котором мы живем, полностью принадлежит ей, а она отказывается от него. К чему тогда это говорить?