Онлайн книга «Я разрушу твой брак»
|
Первая фраза отчаянно засасывает меня в прошлое: — Вот и голос подала… Отец сидел в кресле, когда я пришла после пожара, и подлетела к нему радостная, говоря слова приветствия в первый раз… — Да, папочка. — Не поняла сразу, не считала интонацию верно, хотя обычно это-то и получалось у меня лучше всего за неумением отвечать. — А чего ж всё это время позорила нас с матерью?! — Выбросил руку вперёд, как будто хотел ударить. Всего лишь пультом включал звук на телевизоре, а я уже сжалась вся в ожидании удара. — А? Отвечай, раз научилась! — Нет, я не хотела… — Из-за страха, испытанного адреналина при спасении дома одной старушки у меня не слушался язык. Мямлила что-то жалко мяукая, а ведь всю дорогу до дома репетировала и представляла, как буду говорить родителям. Наконец, го-во-рить и неважно что. Писать я только недавно красиво научилась, раньше мои попытки что-то рассказать через письма просто отвергались. Ни мама, ни папа не хотели читать мои каракули, пришлось научиться по прописям, которые мне та бабушка дала. — Не хотела она. — Раздражённо откинул пульт на диван и решил перевести наполненный гневом взгляд на меня. — Да ты настолько жалкая и бесполезная, что даже наличие голоса ничего не решит в твоей жизни! Какой смысл тебя оставлять? Скажи мне хоть одну причину, по которой ты должна остаться в моём доме? В-в-в-в смыс-с-сле оставлять… Это какая-то игра? Я не знаю правил и правильного ответа! Что делать?! — Я… я… люблю вас с мамой… Едва слышно прошелестела своим голоском, который от такого ужаса просто опять прятался где-то глубоко. Было тяжело разговаривать, опять… — Да ты хоть знаешь, что такое любовь?! Нет. — Но ведь разве не каждого ребёнка должны любить? Я в одной книжке прочитала… — Я люблю твою мать, любил ещё не родившуюся твою сестру, а ты?! Ты никакой пользы… Ничего не могла, за что тебя было любить? Махнул рукой и пошёл к двери. — Но я же… я… — Побежала за папой, хватаясь за его рукав растянутой футболки, которую мы с мамой выбирали на двадцать третье февраля. — Убирайся. — Безэмоциональным тоном стряхнул буквально меня со своей руки и открыл дверь во двор. — Убирайся вон из моего дома… — Что? — Возвращаюсь к, несомненно, очень важному диалогу и перевожу взгляд с подруг на Оксану. — Она даже не слушает… — Взмахивает руками и пищит своим тоненьким голоском. Неприятно режет слух. — Ты вообще девочка хоть что-то умеешь? — Вы имеете в виду, минет, который так «искусно» делали тогда в кабинете Сергея Викторовича? — Присоединяюсь к одиночной трапезе бывшей жены Куприна. Беру наконец остывший кусочек мяса и с удовольствием его поедаю под изумлённые очи Оксаны Батьковны. — Ха, а спорим, ты даже этого не умеешь! — Некрасиво улыбается с петрушкой в зубах эта вся из себя леди на публике. — А Серёженька всегда любил поглубже и пожёстче. — Так, а я не поняла, кто беременный-то, кроме Саши? — Мишель берёт бутылку и наливает себе в бокал чуть ли не до краёв. Все заворожённо смотрят, как бордовая жидкость, выливаясь, бьётся о стеки стеклянного бокала. — Я! — Тянется и забирает напиток, выхватывая из рук опешившей Миши. Оксана никого не стесняясь, пьёт прямо из горла. М-м-м, интересно. — Конечно же, я, Серёженька, со мной никогда не занимался любовью с защитой… |