Книга Измена. Мне (не) надоело быть гордой!, страница 29 – Алиса Линней

— Меня попросили уволиться, — говорю откровенно.

— Вот и хорошо, — она совсем не удивляется таким новостям.

Несмотря на свалившиеся неприятности из-за работы настроение не такое плохое, как должно быть. Оправдываю свою безмятежность наличием заказов на сумочки.

— У меня есть два или три заказа от девочек, — оправдываюсь виновато. Ведь такой заработок считается ненадёжным.

— Вот и будешь потихонечку заниматься, — соглашается сразу бабуля.

Мои мысли то и дело уплывают к разговору с Даном. Ухожу в комнату, чтобы не выдать себя.

Перебираю в голове свежие воспоминания, как он смотрел и какие слова говорил. Как ревновал, думая, что я переживаю за Пахомова.

Улыбаюсь как ненормальная. Хотя эта его ревность нас разлучила, получается.

Теперь уже между нами непреодолимая пропасть из лжи и недоверия. Сердце сжимается от того, что вдруг хочется оказаться рядом с Даном. Слышу, как малыш шевелится у меня в животе. Глажу по нему успокаивающе.

Включаю ноут и захожу в свою группу с единственным постом. Под ним комментарии заметно прибавились. Один сразу бросается в глаза. От Ксю Ямпольской.

“Я даже представить не могла, что ты способна сотворить такую красоту!” — пишет сестра Дана.

Читаю и чувствую, как глаза наполняются слезами. Оказывается, я соскучилась по этой изнеженной и безбашенной девчонке. Как ни странно, но мы с ней подружились.

“Можно я тебе в личку напишу?” — спрашивает разрешения Ксю. Сообщение висит без ответа уже больше двух часов.

“Конечно, пиши,” — торопливо отвечаю. Как ни крути, а она родная тётка моего малыша. Тут же вздрагиваю. Вдруг Ямпольский рассказал сестре, будто ребёнок не от него?

По ходу переписки понимаю, что Ксюша даже не подозревает про существование какого-то Пахомова.

Признаюсь, что видела сегодня Дана. Недоумеваю, когда представляю, что он из-за меня приехал в наше захолустье. Но золовка без всякой хитрости выдаёт брата. Говорит, что я просто плохо его изучила за четыре года.

Оказывается, Ямпольский снова собирается строить у нас трёхэтажки. Ксюша утверждает, что он согласился, только чтобы возле меня быть.

И я бы с ней поспорила. Но в памяти тут же всплывает, как муж зарекался больше не участвовать в этих сомнительных мероприятиях. Говорил, что это не то что невыгодно, а даже убыточно.

Мы с Ксюшей обещаем друг дружке не рассказывать Дану, что общаемся. Засыпаю совершенно довольная жизнью. Есть ощущение, что мы с бабулей и малышом не одни. Хотя Ямпольский всё ещё думает, что это не его ребёнок. Я это сегодня кожей ощущала.

Утром завтракаю и отправляю заявление об увольнении на сайт банка.

С чувством выполненного долга сажусь за любимое занятие. Представляю, как Лера ждёт свою сумочку с предвкушением. Она даже просит отправлять ей фотки процесса шитья её красавицы.

Через час мне звонят из банка. Сам генеральный. Просит прийти в банк к двум дня, чтобы подробней обсудить моё увольнение.

Захожу в кабинет заместителя, только вместо Алёны в кресле сидит мужчина в костюме и галстуке. На вид ему около сорока.

— Здравствуйте, Варвара Сергеевна, — суетливо выскакивает из-за стола, заметив мой беременный живот. — сразу приношу извинения за необоснованную просьбу Алёны Владимировны, — стоит передо мной, будто действительно провинился.

Оказывается, остальные девочки ему нажаловались, когда Глеб Александрович приехал утром в офис. А ещё он запись на камерах посмотрел.